Обратный полет представлял собой кошмарный бег наперегонки с падающими указателями количества топлива. Во время этого полета было потеряно несколько самолетов. Например, из 12 пикировщиков «Хеллдайвер», входивших в бомбардировочную авиационную эскадрилью авианосца «Хэнкок», только три были в состоянии возвратиться до темноты на свой корабль. Один был сбит огнем зенитной артиллерии, два израсходовали все топливо и совершили вынужденную посадку на воду, не долетев до авианосца 45 и 34 мили, четыре произвели посадку на эскортные авианосцы средней группы и два с трудом приземлились на взлетно-посадочную полосу Таклобан, причем один из них разбился. Из первой ударной авиагруппы вице-адмирала МакКейна всего девять самолетов совершили посадку на неровные взлетно-посадочные полосы на острове Лейте, а одиннадцать самолетов были потеряны.
Вторая ударная авиагруппа была поднята с авианосцев «Хэнкок» и «Хорнет» в 12.45 после двухчасового сближения авианосцев с противником полным ходом. Эта группа состояла из 20 истребителей, 20 бомбардировщиков и 13 торпедоносцев. Несмотря на то что эскортными авианосцами было сообщено направление на противника, шесть самолетов этой авиагруппы оторвались от строя. При подходе к цели около 15.00 группа сильно растянулась, в результате чего ее удар не был должным образом организован. В ходе обоих ударов авиагруппы МакКейна сбросили 65 тонн бомб и 64 ракеты. Согласно докладам четыре бомбы попали в линейный корабль «Ямато», такое же количество – в один из линейных кораблей типа «Конго», одна – в линейный корабль «Нагато», пять – в неопознанные линейные корабли; отмечены также попадания в крейсера и эскадренные миноносцы.
При нанесении ударов после полудня, большая часть которых осуществлялась самолетами с эскортных авианосцев, противоминные були и наделки на всех крупных японских кораблях были изрешечены осколками авиационных бомб. «Боеспособность кораблей не была серьезно нарушена, – заметил адмирал Курита, – однако они оставляли на воде длинный заметный масляный след. Они продолжали поддерживать скорость хода и все время, пока шел бой, сохраняли боеспособность».
К полудню ограниченные запасы торпед и бронебойных бомб на эскортных авианосцах были почти полностью израсходованы, н они подбирали последние фугасные бомбы и ракеты на дне своих бомбохранилищ. Эффективность этих боеприпасов была ограничена, но неутомимые пилоты с эскортных авианосцев продолжали сбрасывать на противника все, что имелось у них под рукой, пока было светло и можно было поднимать самолеты. С кораблей средней группы эскортных авианосцев после полудня были произведены еще два вылета на удары. Эскортные авианосцы северной и южной групп, еще сохранившие способность использовать свою авиацию, продолжали интенсивные действия.
Последний удар по соединению Куриты авиация с эскортных авианосцев нанесла в 17.23 в районе северо-восточной оконечности острова Самар. Пилоты доложили, что они видели четыре линейных корабля, три тяжелых крейсера, два легких крейсера и семь или более эскадренных миноносцев, следовавших северо-западным курсом малым ходом. Курита потерял в районе острова Самар три тяжелых крейсера потопленными и отходил с несколькими поврежденными кораблями. Хотя он, вероятно, еще не лег на курс отхода через пролив Сан-Бернардино, его силы, безусловно, уже не представляли для нас опасности в заливе Лейте. В этом смысле бой у острова Самар явился американской победой.
На следующий день в проливе Таблас у острова Панай соединение Куриты подверглось ударам авианосной и базовой авиации. Новые повреждения получил «Ямато», был потоплен легкий крейсер «Носиро».
Американские потери в личном составе, кораблях и самолетах были велики. Потоплены эскортные авианосцы «Гэмбир Бей» и «Сен-Ло», 2 эскадренных миноносца и эскортный миноносец. Серьезно повреждены 7 эскортных авианосцев, а также эскадренный и эскортный миноносцы. В боях и по другим причинам было потеряно 128 самолетов. Из личного состава всех кораблей 473 человека считаются убитыми, 1110 пропавшими без вести и 1220 ранеными – всего 2803 человека.
А вот как видели этот бой японцы, рассказывает начальник штаба Куриты контр-адмирал Томидзи Коянаги:
«Мы отправили радиограмму с требованием базовой авиации атаковать противника. Когда в 17.15 воздушные налеты прекратились, мы снова повернули на восток, не дожидаясь ответа из штаба Объединенного флота, и направились к проливу Сан-Бернардино. Мы ожидали, что воздушные атаки будут продолжаться хотя бы до заката, но противник, похоже, хотел принять все самолеты до наступления темноты. Продолжая поддерживать контакт с нами, он бы узнал, что наш отход был только временной мерой. Тогда командир вражеского авианосного соединения мог бы игнорировать Мобильный флот Одзавы и сосредоточить свои корабли возле пролива Сан-Бернардино, устроив нам западню. Если бы так было сделано, ночной бой с нашим ослабленным и измотанным соединением завершился бы для нас катастрофой.
