– Граждане с купленными билетами! Прошу вернуться домой подобру-поздорову. Ваши билеты аннулируются, поскольку являются самопальными фальшивками. Места в бункере были предназначены для врачей – вы их видите внизу. Жаль, что вас обманули спекулянты, но сюда вам вход воспрещен. Соблюдайте спокойствие и расходитесь по домам. К блокпосту не приближаться – будем стрелять!
Толпа издала нечеловеческий вой и качнулась вперед, но Хромов пальнул очередью из автомата в воздух – и люди отпрянули, рассыпавшись в стороны. Отчаянно завизжали женщины, заплакали дети.
– Ты что творишь! – ринулся к нему капитан спецназа в черном берете. – А ну дайте пройти! У нас приказ доставить колонну в бункер.
– А у нас приказ доставить в бункер врачей, – хладнокровно парировал Хромов. – Так что валите откуда пришли. Стрелять мы не будем, но не пропустим никого. Ясно?
– Ах вы, суки! – заорал капитан во всю глотку. – С дороги, я сказал! Сейчас всех уроем!
– Ну давай, урой, – подмигнул Хромов. – Вас же вон сколько, храбрецов. Только без пушек – народ жалко.
– Да мы вас без пушек уделаем, как Полпот Кампучию! Сами напросились! – сплюнул под ноги капитан и, обернувшись к своим, крикнул:
– А ну, батальон, вперед! Взять высотку! Огнестрельное оружие не применять. Гражданским отойти назад!
Пятьсот спецназовцев в шлемах и бронежилетах тесными рядами пошли вверх по склону, мерно ударяя саперными лопатками по щитам. Под этот несмолкаемый грохот они вплотную приблизились к линии обороны десантников и рванулись вперед с лопатками и штык-ножами. Атака захлебнулась, как только спецназовцы оказались на дистанции два метра от противника. Орудуя пожарными баграми в слаженном строю, сорок мастеров окинавского шеста бо легко отбросили нападавших. В их руках багры кололи, рубили, цепляли за одежду и за ремни шлема, отбрасывали щиты, подсекали, с гудением кружились вокруг оси, выписывали восьмерки, разили справа, слева, сверху и снизу. Батальон попятился назад, унося раненых, но дюжий капитан громовым голосом рявкнул:
– Куда?! Трусы! Стоять!
При этом он выватил нечто, похожее на пистолет, и пустил в небо ракету. Хромов сообразил, что сейчас к штурмующим подойдет подкрепление – и не ошибся. Снизу уже спешил еще один батальон, а за ним разворачивалась какая-то часть из состава Росгвардии в краповых беретах и без тяжелого вооружения.
– Будет жарко, сынки! – пробурчал полковник. – Вот подлецы! Что делают! Своих же стравливают! Брат на брата!
– Десант! Ни шагу назад! – добавил он вслух.
– Десант! Десант! Десант! – раздалось в ответ.
Со своего наблюдательного пункта в трехстах метрах от бывшего центрального лыжного спуска генерал Гребнев видел всё, что происходит на подступах к бункеру. Видел он и то, как по чьей-то команде звенья омоновцев в черных комбинезонах и черных беретах окружали пары патрульных-разведчиков с белыми повязками на рукавах. Один за другим его «зубы дракона» выходили на мобильную связь – прощались. А ведь это он, их командор, позвал ребят на родину и невольно завлек в западню. Хорошо, что хоть Витя Нестеров не успел вернуться из Японии. Этот наверняка примчался бы, если бы мог. Залег, наверное, после операции где-в горах, пережидает.
Он видел в бинокль, как в толпе внезапно возникали водовороты, когда где-то закипала короткая яростная схватка. Вот пятерка омновцев набрасывается на патрульных, но тут же разлетается по сторонам, встреченная ударами дубовых нунчак. Новая атака: в ход идут удлиненные полицейские дубинки, но вихрь из четырех бешено вертящихся нунчак сносит их в сторону. Трое нападающих уже на земле, но к ним на помощь бегут еще пятеро. «Зубы дракона» дерутся спина к спине, но вот одному наносят сильный удар в колено, и он падает, скривившись от боли. Омоновцы скручивают его, а через минуту добивают и второго. Обоих волокут к автозаку.
А вот другая пара отбивается от наседающих омоновцев, держа дистанцию. У одного в руках пастуший кнут из буйволиной кожи, у другого длинная цепь с грузилом на конце. Они обезоруживают четверых, но на них наваливаются еще четверо, подминают, обрабатывают дубинками и бросают на месте – полумертвых, а может быть, и мертвых.
Самые упорные баталии завязываются возле колонны врачей. Вот рослый голубоглазый блондин, прилетевший сюда из Аргентины, мечет под ноги нападающим тяжелые шары на веревке, повалив сразу всю пятерку. Это боло, неразлучный спутник пастухов-гаучо. Жаль, что использовать волшебные шары можно только раз. А сейчас на мальчика бросаются сразу трое опытных волкодавов – и от них уже не отбиться. Его напарник тоже держится из последних сил, размахивая ножами-бабочками. Кажется, ему удается обезвредить одного в черном, рубанув по запястью, но вот и его достал сильнейший удар полицейской дубинкой по голове…
