– Боюсь, ему это не грозит. Он надменный, как и его учитель!
Тем не менее высказывания Гульри про призвание и жар-птицу пришлись ей по вкусу, и она очень часто повторяла их про себя. Первое – когда вдруг одолевала лень, все шло наперекосяк или терзали сомнения, а второе – в редкие моменты, когда стояла перед зеркалом в тщетных попытках убедиться в собственной привлекательности.
Ирис почти уснула, когда ее разбудил громкий стук чуть вдалеке. С трудом соображая, что происходит, она накинула халат и босиком спустилась вниз.
– Мярр, кто это?
– Какая разница. Все равно он не проникнет к нам через твою защиту.
– Ты не понимаешь! – Ирис испуганно запахнула халат. – Это может быть…
– Это чиновник, как и вчера. Опасности нет.
– Если они хотят, чтобы я еще раз… – Испуг мгновенно превратился в ярость.
Волшебница вместе с драконом вышла в сад. Возле калитки стоял мужчина в костюме чиновника и упорно бил по дверце.
– Чем могу быть полезна?
– Волшебница Ирис? – Он протянул ей свиток. – Великая честь: вам надлежит завтра в два часа дня прийти в Замок. Вас желает видеть принц Туллий.
Ирис в тысячный раз вытащила гребень из неудачной прически. Ей хотелось выглядеть очень строго, независимо и недружелюбно, чтобы у принца Туллия пропала всякая охота обращаться к ней в следующий раз. Но разве из таких непослушных волос можно создать по-настоящему официальную прическу?
Она еще раз тщательно расчесала каждую прядь. Пожалуй, единственно верным решением будет просто заколоть волосы наверх. Так можно будет, с одной стороны, подчеркнуть, что она не подданная этой страны и не собирается слепо следовать местной моде, а с другой – такую прическу, как она заметила, здесь делают женщины, когда заняты хлопотами по хозяйству, и это должно намекнуть принцу, что она только что отвлеклась от некоего срочного и важного дела.
Остановив свой выбор на безыскусном бордовом платье с узкими рукавами и отказавшись от кружевной нижней юбки, она решила, что этот образ лучше всего подходит для знакомства с принцем Туллием.
«В конце концов, я все равно не знаю местный придворный этикет. Судя по тому, как одеваются балтинцы, понятно, что ткани они предпочитают однотонные, зато украшений на каждой из женщин столько, сколько нет и у принцессы Тирлипат. Но сейчас мне вовсе не обязательно слепо повторять за ними».
Подойдя к воротам, она расправила юбку, придирчиво осмотрела себя со всех сторон и, убедившись, что с нарядом все в порядке, обратилась к стражнику, застывшему возле входа, с просьбой пропустить. К ее удивлению, он быстро открыл ворота и впустил, не задав никаких вопросов.
В саду было пустынно. В фонтанах цвела вода и потягивало болотом. Растения, среди которых Ирис приметила несколько ценнейших экземпляров, неухоженно стелились по всей площади сада – зеленые вперемешку с засохшими, перекрывая дорожки и пряча под собой скамейки и скульптуры. Ни одно из них не цвело. Не было слышно ни птиц, ни лягушек, лишь настойчивый писк комаров и жужжание мух. Кое-где стояли непросохшие с момента водной триады лужи, забитые гнилыми листьями и перьями.
«Об этом месте не только не заботятся, но и словно выпивают из него силы», – подумала волшебница, переступая через упавшую трухлявую яблоню.
Подойдя к замку, она нерешительно потянула на себя дверь и оказалась внутри. В отличие от сада, в холле царил удивительный порядок, словно хозяина не интересовало ничего, кроме его дома. К ней подошел молодой человек, одетый в голубой камзол, отороченный серебряным кантом, и поклонился.
– Чем могу быть полезен?
– Я к принцу Туллию.
– Сейчас вас проводят. – Он ударил в гонг, стоящий у входа. К ним подошли четверо других служащих, также одетых в голубые камзолы, но из более дешевой ткани. Двое встали перед Ирис и провожатым, а двое – позади. Импровизированный конвой двинулся вперед.
Лестничные переходы были ничем не примечательными: обычные каменные блоки, покрытые известкой, а входы на этажи спрятаны за огромными резными дверями красного дерева. Самым запоминающимся в этой прогулке стали единороги, вышитые на спинах этих странных молчаливых придворных.
Наконец они остановились перед одной скромной дверцей, еле заметной в мерцании небольшого канделябра.
– Когда вы окажетесь в тронном зале, – обратился к ней спутник, – то сделайте пять шагов вперед, остановитесь, пригните колени, положите руки на бедра и склоните голову. Так необходимо стоять, пока принц Туллий не решит, что вы достойны его слов.
Он трижды постучал в дверь и вошел внутрь, а через несколько секунд весь пунцовый вернулся обратно и молча толкнул Ирис в узкий проем. Растерявшись, волшебница, не поднимая головы, сделала семь шагов вперед и приоткрыла от изумления рот. Прямо под ее ногами, на полу, разбитом на небольшие квадраты, представляющие собой пластины горного хрусталя, застилающие отполированные валуны, распустились все виды цветов, которые она когда-либо видела в Балтинии. По одному растению на каждый квадрат. Без всякого заклятья они привольно существовали, скованные между камней.
