Вопреки всем треволнениям наутро Ирис встала в отличном настроении и подметила, что наконец-то научилась смотреть на жизнь более открыто и спокойно. В самом деле, не стоит пугаться химер, скрывающих нити, через сплетения которых принц Туллий ловко управляет своими подданными, не догадывающимися о существовании древней истины: страх надежнее любви, когда речь идет о политическом интересе.
Общение с трубочистом, пришедшим за порошком, что позволяет удержаться на крыше даже в штормовой ветер, и с незадачливым подмастерьем кондитера, почему-то посчитавшим, что волшебница поможет ему избавиться от тяги к безделью, приободрило девушку. Раз суетность взяла верх над этими островами, значит, над ними не висит ни одно из смертельных заклятий, поражающих волю и эмоции, а страх вырос на почве, тщательно удобренной домыслами.
– Я, конечно, понимаю, что ты работаешь с большим вдохновением, тратишь все время на получение новых знаний, – ткнул Мярр когтем в книгу, которую девушка прижимала к себе, – но вряд ли принцу Туллию понравится, если ты придешь к нему в одном из своих умопомрачительных нарядов.
– Что тебя опять не устраивает? – Ирис поставила книгу на место и еще раз про себя утвердилась в выборе истории для первого раза.
– Посмотри, у тебя опять вся юбка в репьях. На ней въевшиеся пятна от разных ингредиентов. У тебя три платья. Одно в заплатах, другое наспех перешитое из старого, а третье – вот это безобразие.
– А вчера оно выглядело очень хорошо. Я не виновата, что мне его порвали в толпе. – Она посмотрела на свой силуэт, отразившийся в одном из сверкающих котлов. – Впрочем, ты прав. Денег нам хватает. Пойду в город и закажу себе пару платьев по местной моде. Может, они окажутся удобнее того, что я пыталась сшить сама.
– Ирис-Ирис, когда ты образумишься? – насмешливо вопросил Мярр. – Ты женщина, а думаешь только о волшебстве. Когда же ты научишься…
– Хватит пародировать мою маму! – Ирис прыснула. Дракон в точности повторил все интонации и мимику феи Сирень.
Ирис пришла в мастерскую, где работала Тилири, оказавшаяся единственной девушкой, готовой предложить некоторое подобие приятельских отношений. Остальные с опаской поглядывали на волшебницу, по-видимому, подозревая в планах околдовать все мужское население Балтинии. Да и как можно доверять чужестранке, которая отказывается гадать и привораживать?
Пробираясь сквозь тяжелые рулоны тканей и сундуки с необходимыми для шитья мелочами, девушка ловила на себе недоверчивые и презрительные взгляды портних.
«Некоторые из них приходили ко мне за имбирной настойкой, просили крем от усталости рук. Были приветливы и напуганы до такой степени, что не желали решать свои проблемы сами. Одну из них, помнится, намедни я прогнала, ничуть не раскаиваюсь – надо самим спасать свою жизнь, а не полагаться на заклинания. Теперь смотрят на меня, как будто я пришла прихорашиваться для того, чтобы соблазнять их женихов. Настоящие курицы на насесте!» – Ирис пыталась сохранить приветливое выражение лица и боролась с желанием немного припугнуть наседок.
– Ириска! – раздался радостный крик.
Из-за стеллажа с рулонами вылетела сияющая Тилири. Теперь ее светло-серые волосы, собранные в три пухлые косы с вплетенными в них шоколадными лентами и обвитые вокруг головы, казались удивительно красивыми, а скованность и испуг, так часто сквозившие в каждом жесте и мимике, затерялись в многослойном платье из светло-розовой органзы.
Не замечая недружелюбных взглядов своих товарок, она обняла Ирис за талию, поцеловала в щеку и повела в сторону примерочных, где можно было спокойно поговорить.
– Мне хочется столько тебе рассказать! – Тилири забавно округлила глаза.
– С удовольствием выслушаю. Смотрю, ты вся в работе.
– Да уж, как видишь. – Тилири для наглядности ткнула в воротник, «украшенный» булавками и иголками с вдетыми нитками. – Конечно, эти курицы мне завидуют и считают, что я получила свою должность исключительно с помощью колдовства…
– Злые языки. Они почти все ко мне заходили!
– Но главная швея – это не только прибавка к жалованию, но и увеличение обязанностей. Мне приходится следить за каждым заказом. Хорошо, когда речь идет о вещах, готовых на продажу, а если индивидуальный пошив… – Девушка шумно вздохнула и пожала плечами.
– Я хотела бы тебя попросить помочь мне подобрать парочку платьев. Мой гардероб никуда не годится. Если, конечно, у тебя есть время. – Слова Ирис прозвучали неуверенно.
Она не привыкла уделять много внимания своим туалетам, и ей мерещилось в этой просьбе что-то совершенно немыслимое и недостойное здравомыслящего человека. Поэтому ее по-настоящему удивила реакция Тилири. Ирис словно увидела себя со стороны в момент приготовления очередного зелья.
Были приглашены продавщица из лавки и одна пожилая швея. Все трое стали выспрашивать Ирис о ее предпочтениях и пожеланиях, но так и не дослушав до конца, махнули на них рукой, признав безнадежно скромными и неженственными.
