— Возможно. Но решение Кикути Нори было… более рискованным, чем принято считать сегодня, с высоты нашей исторической осведомленности. После окончания войн копирайта государства представляли собой прекрасно отлаженные, все еще эффективные военные машины. И если бы «Мицубиси» сочла нужным надавить на правительство просьбой восстановить порядок, у одинокой взбунтовавшейся колонии не было бы ни малейшего шанса. К счастью, куча устаревшего оборудования и права на выработанные месторождения не стоили того, чтобы из-за них разжигать конфликт. Акану объявили нерентабельным активом и списали вместе с прочими издержками. Господин Нори получил свою независимость. Часть населения поспешила эмигрировать. Но часть осталась. И вот здесь начинается самое интересное.
Она сделала паузу. Вновь поправила пеленку над лицом Акеми.
— То, как божественный Нори независимостью распорядился.
Тимур нахмурился, следя, как опускается в архив дочери тяжелый информационный пласт.
— Дело, конечно, было прежде всего в ресурсах, — сухо предсказал он. И прикусил язык.
— Именно, — опустила ресницы Кими. — Директор Кикути оказался в незавидной ситуации. Планета была его, но месторождения от этого не наполнились. Давать кредиты на переоборудование и разработку новых технологий никто не собирался. Ресурсов на Акане
— И сети, — пожал плечами советник Канеко.
— Сеть, существовавшая до того, как за нее взялись божественные Кикути, была отнюдь не тем, что понимают под этим словом сегодня, — сочла нужным возразить высокородная супруга. — Именно владыка Нори сплел основные узлы Паутины. Заложил узоры, в тенетах которых мы живем по сей день.
Госпожа творец медленно провела кончиками пальцев по лбу своей дочери. Почему-то сжала ладонь в кулак. Вновь расслабила руку, бережно укрыла спящего младенца.
— Здесь важно понимать еще одно. Как ни сложно современному аканийцу уместить подобное в своем разуме, но для директора Кикути Сеть являлась прежде всего
Тимур подошел поближе, не обращая внимания на то, как подалась в сторону одетая в белое женщина, как прикрыла она ребенка тонким рукавом. Опустился на траву у скамьи, рассеянно запустил ладонь в растрепавшиеся кудри. Кими не поднимала взгляда от дочери, говорила так, будто та могла ее понять:
— Обитатели Аканы были образованны, квалифицированны, дисциплинированны. Они привыкли полагаться лишь на себя, обходиться малым и находить выход из совершенно беспросветных ситуаций. Кроме того, на планете был прекрасно развит виртуальный сектор, в шахтах работали десятки старых, опытных ари, избежавших послевоенных чисток. Где-то в закромах сохранились запрещенные программы. И, что куда более важно, выжили люди, способные с этими приложениями работать. Решение было очевидным. Кикути Нори нашел новый товар для экспорта, создал новое производство, не требовавшее капитальных вложений. Акана стала разрабатывать и продавать софт. И именно под эту задачу божественный владыка кардинально перестроил общество. Ради этого окончательно загнал людей в Сеть.
«Не вы ли только что сказали, что вне Сети им делать все равно было нечего, госпожа?» — подумал Тимур.
Он впервые за последнюю неделю затребовал медицинские данные Кими, но, после одного взгляда на изобилие цифр и графиков, вынужден был отложить их изучение на потом. Все равно ничего не поймет сквозь одурь навалившейся усталости. Казалось, стоило господину советнику присесть, как организм его и сетевой профиль дружно заявили: подниматься с нагретого солнышком места они не намерены.
Кимико улыбнулась спящему ребенку и тихо продолжила лекцию:
— Историки все еще спорят об этом, особенно в метрополии. Меня же всегда интересовал переходный период — практические его аспекты. Целая планета взяла и сменила пласт реальности.
— Тории… — Полуварвар Канеко мужественно пытался держать глаза открытыми. Где-то за покровом сонной одури только что мелькнула мысль — почтительная, относящаяся к теме разговора и весьма подобающая сыну Аканы. Ах да. Становление Паутины через явление в ней богов.
