| He was almost a skeleton when they put him on board the Ramchunder East Indiaman, Captain Bragg, from Calcutta, touching at Madras, and so weak and prostrate that his friend who had tended him through his illness prophesied that the honest Major would never survive the voyage, and that he would pass some morning, shrouded in flag and hammock, over the ship's side, and carrying down to the sea with him the relic that he wore at his heart. | От него остался один скелет, и от слабости он не мог пошевелить рукой, когда его посадили на корабль "Ремчандер" под командой капитана Брэга, зашедший в Мадрас на пути из Калькутты. Друг, выходивший Доббина в своем доме, пророчил, что тот не перенесет путешествия и в одно прекрасное утро полетит за борт, завернутый во флаг и матросскую койку, унося с собой на дно моря реликвию, хранившуюся у него на сердце. |
| But whether it was the sea air, or the hope which sprung up in him afresh, from the day that the ship spread her canvas and stood out of the roads towards home, our friend began to amend, and he was quite well (though as gaunt as a greyhound) before they reached the Cape. | Но было ли то под действием морского воздуха или от вновь всколыхнувшихся надежд, - только с того самого дня, как корабль распустил паруса и взял курс к дому, наш друг стал чувствовать себя лучше, а к тому времени, как они достигли мыса Доброй Надежды, он был совсем здоров (хотя и худ, как борзая). |
| "Kirk will be disappointed of his majority this time," he said with a smile; "he will expect to find himself gazetted by the time the regiment reaches home." | - Кирк будет разочарован - майорский чин на этот раз ему не достался, - говорил он, улыбаясь. - А он-то надеется прочесть в "Газете" о своем повышении, когда полк вернется. |
| For it must be premised that while the Major was lying ill at Madras, having made such prodigious haste to go thither, the gallant --th, which had passed many years abroad, which after its return from the West Indies had been baulked of its stay at home by the Waterloo campaign, and had been ordered from Flanders to India, had received orders home; and the Major might have accompanied his comrades, had he chosen to wait for their arrival at Madras. | Нужно пояснить, что пока наш майор лежал больным в Мадрасе, куда ему так не терпелось попасть, доблестный ***полк, проведший много лет за пределами родины и по возвращении из Вест-Индии прервавший свою стоянку в Англии из-за кампании, закончившейся Ватерлоо, а затем переброшенный из Фландрии в Индию, теперь получил приказ вернуться домой. Таким образом, майор мог бы совершить весь путь вместе со своими товарищами, пожелай он только дождаться их прибытия в Мадрас. |
| Perhaps he was not inclined to put himself in his exhausted state again under the guardianship of Glorvina. | Быть может, сейчас, когда он был так истощен, ему не улыбалось вновь оказаться под опекой Глорвины. |
| "I think Miss O'Dowd would have done for me," he said laughingly to a fellow-passenger, "if we had had her on board, and when she had sunk me, she would have fallen upon you, depend upon it, and carried you in as a prize to Southampton, Jos, my boy." | - Пожалуй, если бы мисс О'Дауд ехала вместе с нами, она тут бы меня и прикончила, - говорил он со смехом одному своему спутнику. - А утопив меня, она взялась бы за вас, можете быть в этом уверены, и привезла бы вас с собой с Саутгемптон в качестве приза, - так-то, мой милый Джоз! |
| For indeed it was no other than our stout friend who was also a passenger on board the Ramchunder. | В самом деле, этим пассажиром на борту "Ремчандера" был не кто иной, как наш толстый приятель. |
| He had passed ten years in Bengal. | Он провел в Бенгалии десять лет. |
