Эймунд с хитринкой спросил:
– Его, верно, похоронили с пышностью, но где его могила?
– Этого мы наверное не знаем, – ответствовал Ярослав.
Эймунд сказал:
– Подобает, господин, вашему высокому достоинству знать о вашем брате, таком же знатном, как вы, где он положен. Но я подозреваю, что ваши воины неверно сказали и нет еще верных вестей об этом деле.
Ярослав забеспокоился:
– Что же такое вы знаете, что было бы вернее и чему мы могли бы больше поверить?
Эймунд поведал:
– Мне говорили, что Бурицлав-конунг жил в Бьярмаланде (Пермь?) зимой, и узнали мы наверное, что он собирает против тебя великое множество людей, и это вернее.
– Когда же он придет в наше княжество? – нервничал Ярослав.
– Мне говорили, что он придет сюда через три недели.
Следовательно, агрессором выступает именно Бурицлав. «Ярицлейв-конунг» не захотел лишаться помощи викингов. «Заключают они договор еще на двенадцать месяцев». Ярослав, судя по тексту «пряди», полная бездарность в делах государственных. Он спрашивает Эймунда после заключения нового договора:
– Что же теперь делать – собирать ли нам войско и бороться с ними?
Компетентный Эймунд веско обронил:
– Это мой совет, если вы хотите держать Гардарики против Бурицлава конунга.
Гардарики, как помнит читатель, – это Русь, страна городов. Ленинградский/петербургский ученый Лев Самуилович Клейн пытается уточнить, что первые два слога означают не город. Это, поясняет он, просто огороженное пространство, двор, усадьба. Трактовка вошла даже в Википедию, но неточности этой сетевой энциклопедии вызывают досаду. Популярный справочник стремительно множит ошибки, неточности, ляпы.
Что касается Клейна, то в тексте «Руги и русы» мы поясняли нелепость трактовки слова «Гардарики» как «страна усадеб». Это сделано на примере Константинополя, который викинги звали
А мы продолжаем знакомство с текстом «пряди», где хронически некомпетентный русский князь Ярослав советуется со сметливым и эффективным Эймундом – одним из предводителей варяжских дружин.
Ярицлейв спросил:
– Сюда ли собирать войско или против них?
Эймунд в ответ:
– Сюда надо собрать всё, что только может войти в город, а когда рать соберется, мы еще будем решать, что лучше всего сделать.
Совет мудрого скандинава не пропал даром. «Сразу же после этого Ярицлейв послал зов на войну по всей своей земле, и приходит к нему большая рать бондов». Бонды в Скандинавии – свободные люди, владельцы хозяйств. Понятно, что без совета Эймунда беспомощный Ярослав не додумался бы до такой сложной мысли, что нужно собрать ополчение.
Эймунд-конунг сильно укрепил то ли Новгород, то ли форт на Днепре – из текста «пряди» этого не понять. «Он устроил палисад таким образом, чтобы затруднить стрельбу, а также выкопал потайной ров».
Бурицлав набрал воинов в Бьярмии (Перми?) и явился к Новгороду. Тогда «велел Эймунд-конунг женщинам выйти на городские стены со всеми своими драгоценностями и насадить на шесты толстые золотые кольца, чтобы их как нельзя лучше было видно».
– Думаю я, – говорит он, – что бьярмы жадны до драгоценностей и поедут быстро и смело к городу, когда солнце будет светить на золото и на парчу, тканную золотом.
То есть Бурицлав наступает всё-таки с Уральских гор, из Бьярмии/Перми? Если перед нами не Святополк, а Борис, владеющий Ростовской землей, – это логично. Но если Борис вокняжился в «Кэнугарде» – непонятно. С какой стати ему бросать Киев и бежать в Пермь, чтобы собирать там дружину? Скандинавская сказка вызывает не меньше вопросов, чем русская летопись, но отчего при анализе фактов мы должны предпочитать скандинава? Просто потому, что он – скандинав? Впрочем, одна из переводчиц «пряди», Е.А. Рыдзевская, указывает, что перед нами не Пермь, но «Беломорье». Дальше цепь ассоциаций понятна. Беломорье – Лукоморье, то есть берега Черного моря, а вместо пермяков нужно читать – «печенеги». Соответственно, главное место действия происходит не на севере, а на юге Руси, что соответствует тексту летописи.
«Бурицлав выступил из лесу со своей ратью и подошел к городу». Это известие плохо сопоставляется с догадкой, что бьярмы – это печенеги. Пермь – лесная страна, а ландшафт печенегов – степь.
«Пермяки» подходят к «городу» и видят «всю красоту в нем». Похоже, город крупный.
Подошли, не заметили рва. Многие туда упали. Бурицлав, приблизившись к месту боя, будто бы изрек:
– Нам здесь трудно нападать; это норманны такие ловкие и находчивые.
