– Твою мать, ты вообще не понимаешь? – Лёша сильно ударил стенку ладонью. – Мне нет никакого дела ни до тебя, ни до твоей чёртовой причёски. Я сказал, что хочу почитать в тишине и велел тебе выйти, чтобы ты, дура, не шумела. В чём сложность перенести свою тощую задницу в коридор?
– А ты уверен, что тощую?
– Что?
– Ты, наверное, не разглядел, но с фигурой у меня всё в порядке. И с головой тоже. Ты мог бы не пугать меня своими дешёвыми трюками и вежливо попросить.
Лёша явно ожидал не такой реакции. Обычно все слушались его с первого слова, тем более хрупкие девушки. Сопротивление он встречал только со стороны парней, но разговор с ними был короткий. Однако услышать такую дерзость от девчонки – это было что-то новенькое.
– Выйди отсюда.
– Пожалуйста.
– Пожалуйста, выйди из класса. – буквально процедил сквозь зубы Румянцев.
– Хорошо! – Кристина улыбнулась и, пригнувшись, проскочила под его рукой.
Качнув напоследок красным хвостом, девушка закрыла за собой дверь, и Лёша остался один.
***
– Ты думаешь, я не вижу, что ты даму королём другой масти бьёшь? Ты за кого меня держишь, а?!
– Да я правда не заметил! Бывает, чё…
– Так я тебе и поверил! Теперь нищеброда уговариваешь пива купить.
– Договаривались же на проигрыш.
– Мухлёж не считается!
По дороге домой Лёша проходил детскую площадку. Выцветшие, ржавые трубы, которые когда-то были «детским раем», теперь уже не привлекали ребят и стояли одинокие, дожидаясь своего полного разложения. Старый, деревянный стол оказался более подходящим местом для веселья. Компания подростков лет пятнадцати собиралась за ним каждый день и играла в карты. Если их не было на месте – значит кому-то перепала бутылка, которая распивалась в подъезде в кругу друзей. Ведь так круто почувствовать себя взрослым, последовать примеру родителей и посмеяться среди своих, даже если до этого тебе смеяться не очень-то и хотелось. Так эти подростки и жили: от тройки до двойки и от одного забытья до другого.
Лёша посмотрел на них и ускорил шаг. Ему не хотелось дышать одним воздухом с потерянными людьми без амбиций. Но он был благодарен им за одно – они вновь и вновь напоминали парню о том, каким Лёша станет если сдастся. Он навсегда останется в этой дыре среди пустых оболочек, если перестанет учиться и совершенствоваться. Будет похоронен в братской могиле на кладбище потерянных мечтаний. Нужно поторопиться.
Парень быстро зашел в квартиру и прошмыгнул в комнату. На этот раз повезло – никто не заметил прихода младшего Румянцева и не тратил его время на глупые разговоры. Лёша повесил куртку на стул и взглянул на календарь. Аккуратным почерком там были отмечены важные даты контрольных, а также дни тренировок по программе, разработанной лично Алексеем. Сегодня был день отжиманий. Он никогда не пропускал тренировки и несмотря на усталость, размялся и приступил к упражнениям.
– 45.. 46.. 47..
– Алексей! – донёсся пьяный голос отца с кухни.
– 48.. 49.. – упрямо вёл счет подросток.
– Лёша! Н-неси дневник!
Ему не хотелось показывать свои оценки. Да, ниже балла, чем «4», парень не получал уже которую неделю, но не хотелось делать отцу приятно. Алексей учится не для похвалы, а ради цели: выбиться в люди и не закончить так же, как его родитель. Лёша молча продолжал отжиматься.
Шатаясь по коридору, будто маятник, негнущиеся тело ввалилось в комнату.
– Алексей! Я как глава семейства, обезь… обязан принимать участие в твоем взрослении и контролировать учебный процесс! – язык еле ворочался во рту, слов почти нельзя было разобрать, но Лёша давно привык к этому, как мать понимает язык своего ребёнка, когда тот только учится говорить.
– Пап, иди к себе, тебя друзья на кухне ждут. – Лёша встал, переводя дыхание.
– А-а-алексей! Отец я или кто? Я думаю, что отец пока что. Ну-ка, давай дневник!
Внутри Лёши все кипело. На папу он никогда не мог поднять руку, хотя порой очень хотелось. Парень понимал, что тот не выйдет из комнаты, пока не получит желаемого – «игра в семью» началась, но скоро снова закончится.
До хруста пальцев Лёша сжал кулаки и аккуратно взял школьный дневник со стола. Протянул отцу. Тот сперва промахнулся, потом оправился и схватился сразу двумя руками, чтобы просто удержать равновесие. Потянул на себя. Лёша крепко держал документ двумя пальцами.
– Ну! – не выдержал отец.
Лёша разжал хватку, и папа по инерции полетел в коридор с заветным дневником. Парень был готов к такому повороту событий и в последний момент, когда голова отца почти коснулась пола, поймал его за руку. Аккуратно уложив тело Александра, нагнулся и прошептал почти на ухо:
– Тебе на сегодня хватит. Выгоняй друзей и ложись спать.
Дверь закрылась.
