Огонь охватил последнюю палатку за которой прятался Рыжий и его самого. От истошного, отчаянного, воющего, крика этого человека, я вздрогнул, а остальные разбойники замерли. Именно после этого они побросали оружие и сдались. Любой маг отразил бы эту атаку без проблем: просто прорвал бы каким-нибудь другим, моё заклинание. Любой маг, но не обычный человек.
Рыжий обварился полностью: большая часть его одежды сгорела, кожа облезла, оплавилась, а в некоторых местах даже и почернела до углей. Он умер от боли, я видел это, почему-то из всех разбойников именно ему, тому, с кем я вообще не хотел сражаться, досталась самая страшная смерть.
«Они убивают всех», – шептал он, пытаясь крикнуть и глядя на ночное, тёмное, небо ослепшими, выжженными, глазами, пока наконец не замолчал и не затих. Я стоял над ним молча, не мог заставить себя поднять руку и оборвать его жизнь. В тот миг я впервые понял, почему люди нас боятся и ненавидят.
Рот Рыжего остался приоткрыт, а зубы были уже чуть подгнившими, как и у остальных разбойников, не знаю почему это мне запомнилось. Жизнь не равна жизни, вот и вся правда.
За следующий месяц я постарался уйти как можно дальше от своего бывшего лагеря и вообще того леса. Магией я пользоваться боялся: внутри меня всё ещё жила та странная сила, которая появилась тогда, она никуда не уходила и наоборот с каждым днём лишь, кажется, росла и росла.
Чувствовал я себя намного лучше, чем вообще-то должен был: учитель говорил, что первые три человека, которых он убил, снились ему потом, не раз пытались поквитаться с ним и укоряли его в кошмарах. Мне же не снилось ничего, хоть я и довольно часто крутил в уме ту ситуацию. Раскаяние не приходило. Я чувствовал, что был тогда прав.
Заклинание «отнятия памяти» я знал лишь в теории, но мог бы, вполне мог, попробовать стереть свои воспоминания о том случае или хотя бы на время заморозить, блокировать, их. Мог бы, но не стал. Опыт, даже самый болезненный и неприятный, всё же лучше, чем ничего. На будущее я хотел знать, быть уверенным, что в критической ситуации рука у меня не дрогнет.
Что мне нельзя останавливаться, я знал и что нельзя применять магию, тоже, но было всё же одно заклинание, не попытаться сделать которое, я просто не мог, на которое мне в это время так или иначе пришлось отвлечься. Любая магия действует лишь на определённом расстоянии, и я боялся, что если отойду от деревни Златы ещё дальше, то потом уже не дотянусь. Когда же я смогу сюда вернуться и вернусь ли вообще когда-нибудь, я не знал.
Нашёл я это заклинание на самом деле почти случайно, в очередной раз бегло пролистывая записи учителя в своей книге и не особо надеясь на успех. «Ритуал снятия бесплодия», – гласило его чёткое и ёмкое, без лишних витиеватостей, название. Уровень заклинания был помечен, как «близкий к сложному».
Свои текущие способности я оценивал трезво, поэтому решил не мудрить и сразу начать со звезды, все необходимые для этого ингредиенты обнаружились у меня в сумках, хоть некоторые из них и были уникальными, в единственном экземпляре.
Магия эта для меня оказалась не просто сложной, а едва ли не самой сложной из того, что я делал вообще, скорее всего потому что она была и близко не стихийной. Звёзды, отличные от огненных, я за это время нормально рисовать так и не научился, поэтому провозился долго, день или два, не раз стирал всё полностью и начинал заново.
По словам, символам заклинания и прочему, было ясно, что стопроцентный результат оно не даёт, лишь какой-то шанс, небольшое увеличение вероятности успешного зачатия, течения беременности и родов. Мы, маги, тоже не всемогущи – вот чего людям никогда нельзя объяснить. Невозможно сделать изначально полностью бесплодное плодоносным. Изменить рисунок судьбы человека настолько, может разве что какой-нибудь тёмный ритуал. Другой вопрос, кстати, будет ли потом доволен сам человек его «результатом».
Звезда у меня вспыхнула по всем правилам, да и остальное, кажется, тоже прошло хорошо: я старался не спешить, не нервничать и читать все слова и символы заклинания громко, внятно, чётко и точно. Когда я закончил, то на душе у меня было светло. Стирая звезду и сортируя оставшиеся, многоразовые, ингредиенты по сумкам, я, на всякий случай, ещё попросил родителей, чтобы и они тут помогли, чтобы Злата наконец смогла родить здорового ребёнка. В том, что она сможет сделать его счастливым и станет отличной матерью, я не сомневался.
К концу месяца я наконец-то почувствовал себя в относительной безопасности. Погони за мной судя по всему не было, а значит в этот раз всё возможно и обошлось. Я разбил лагерь на берегу небольшой речки и поставил защитные заклинания. Разобраться, что это за странная сила поселилась и живёт внутри меня, мне нужно было в любом случае, дальше так уже продолжаться не могло.
