Выбравшись из кустов, мальчик поставил олененка на землю и провел рукой по его спине. Царапины были не слишком глубокие, скоро заживут. Почему олененок остался один, где же мать? Опустившись на землю, Конн погладил его стройную шею.
– В следующий раз будешь избегать терновника, – сказал он. – А теперь беги, ищи свою маму.
Зверек изящно отпрыгнул, остановился и посмотрел на мальчика.
– Ну беги, беги, – произнес тот.
Олененок сделал несколько шагов, а потом побежал и скрылся за деревьями. Конн посмотрел на порванную одежду. Мирия будет недовольна. Штаны были совсем новые. Заставив себя встать, он добрался до выхода из леса и отправился домой.
Мальчик проснулся вскоре после рассвета. Браэфар уже встал и натягивал короткие сапоги. Конн зевнул и потянулся.
– Долго ты спал сегодня, – сказал ему брат.
– Ночью я уходил.
Сев в постели, он рассказал Крылу о своих приключениях и об олененке. Браэфар вежливо слушал.
– Тебе приснилось, – сказал он наконец.
– Нет!
– Тогда где же царапины, о которых ты говоришь?
Конн бросил взгляд на свои руки, отбросил одеяло и посмотрел на ноги. Кожа была цела. Встав, он взял с пола штаны. Они были совершенно целые.
Брат улыбнулся ему.
– Вставай, видящий сны! Не то завтрак съедят без тебя. Оставшись один, удивленный Конн натянул штаны и взял тунику. Когда он поднял ее, на пол упал клинок. Но это был не тот бронзовый нож с деревянной ручкой, который он взял в лес. Первые лучи рассвета упали на серебряное лезвие и резную рукоять из оленьего рога. Гарда блестела золотом, а навершие украшал круглый черный камень с серебряной руной. Такого красивого кинжала мальчик еще не видел. Пальцы его невольно обхватили рукоять, она подходила к ним идеально. Завернув сокровище в тряпицу, Конн вышел из дома и бросился к Бануину. Тот еще спал, и мальчик разбудил его. Купец зевнул и откинул одеяло.
– Я не фермер и обычно не встаю так рано.
– Это важно, – объяснил Конн, протягивая торговцу чашу с водой.
Тот сел в постели и отпил глоток.
– Рассказывай.
Мальчик поведал ему о своем приключении в лесу, об освобождении олененка и возвращении домой, потом о том, как нашел кинжал. Бануин слушал молча с уставшим видом. Выражение его лица изменилось, когда Конн развернул тряпицу. Торговец благоговейно взял кинжал в руки, затем вылез из кровати и подошел к окну, чтобы рассмотреть сокровище на свету.
– Потрясающе, – прошептал он, – металл мне неизвестен… Не серебро, не железо… А камень в рукояти…
– Это оружие сидов, – сказал Конн. – Их дар мне.
– Я бы мог продать это за сотню… нет, пять сотен серебряных монет.
– Я не хочу его продавать.
– Тогда зачем ты принес его мне?
– Я не могу никому рассказать, что ходил в Зачарованный лес. Это запрещено, а маме лгать не могу. Я думал, ты мне дашь совет.
– Рукоять подходит к моей ладони, – проговорил Бануин. – Как будто его сделали для меня.
– Мне тоже.
– Не может быть, парень. Моя рука куда больше твоей. – Он протянул кинжал Конну.
– Смотри! – Мальчик поднял оружие.
Рука его полностью закрывала рукоять, золотая гарда приходилась под большой палец, а навершие касалось ребра ладони.
Бануин медленно взял клинок. Рукоять, казалось, выросла в его руке.
– Это волшебное оружие, – потрясение сказал он. – Никогда такого не видел.
– Что мне делать?
– Ты мне веришь? – ответил вопросом на вопрос Иноземец.
– Конечно. Ты мой друг.
– Тогда отдай кинжал мне.
– Отдать… Я не понимаю. Он мой!
– Ты попросил меня о помощи, Конн, – сказал Бануин. – Если веришь мне, сделай, как я прошу.
Мальчик помолчал, а потом произнес:
– Ладно. Я даю тебе нож.
– Теперь он мой?
– Да. Твой. Но я все еще не понимаю.
Бануин, не выпуская клинка из рук, жестом поманил Конна за собой, и они пришли в комнату с очагом. Торговец поворошил вчерашние угли длинной палкой, раздул их и добавил растопки. Когда огонь разгорелся, он повесил над ним медный котелок.
– Люблю начинать день с травного отвара. Что-нибудь теплое и сладкое. Лично я предпочитаю цветки бузины с медом. Хочешь?
– Да, спасибо, – ответил Конн.
Мальчик не мог отвести взгляд от кинжала. Бануин был его другом, но, кроме того, купцом, знающим счет деньгам. Когда вода закипела, торговец наполнил отваром две чашки и принес их на стол. Положив нож на полированное дерево, Иноземец отпил напиток.
– Ты сделал для меня немало, Коннавар, – серьезно сказал он. – В обычае моего народа награждать тех, кто нам помогает. Поэтому я хочу сделать тебе подарок. Я подарю тебе этот нож. Он очень хорош, и многие спросят, откуда ты его взял. Ты ответишь – и это будет правдой, – что его подарил тебе Бануин Иноземец. Это решает твою проблему?
– Да, конечно. Спасибо, Бануин, – широко улыбнулся Конн.
– Нет, тебе спасибо – за доверие. Только позволь предупредить тебя: никогда не доверяй людям настолько. У каждого человека есть своя цена, и клянусь душой, я был очень близок, чтобы узнать себе цену.
