А дальше выпускники и студенты Саямского Центра, смогли оценить свою подготовку в боевых вылетах против лучших на данный момент военно-воздушных сил. Прикрываемые районы до этого часто бомбились Люфтваффе, но всего неделя боевых действий японцев почти очистила небо. Впрочем, результат был общим. Встреченные на маршруте польскими истребителями группы бомбардировщиков, сбивались теснее непосредственно перед выходом на боевой курс. Сопровождающие их 'мессершмитты' оказывались связаны боем, и не могли помочь в отражении сконцентрированного удара шести десятков небольших стремительных аппаратов. Майор перед каждым вылетом, объяснял подчиненным порядок будущего боя. Польское командование всемерно шло навстречу и даже помогло поставить телефонную связь между аппаратами на стартовой позиции. Последние директивы японские пилоты получали прямо в присоединенных во внешней проводной линии кабинах 'сверчков'. После взлета максимально облегченные истребители сразу бросались в бой. Быстрый набор высоты и атака. Иногда выход на позицию с превышением над строем бомбардировщиков. Чаще удар производился прямо в наборе высоты. С полукилометра дистанции, звучал растянутый почти на две секунды залп шрапнельных выстрелов с законцовок крыла, и затем сразу пушечный огонь на поражение. Маневрирование при пролете через вражеский строй, треск попаданий в планер от пулеметных трасс воздушных стрелков 'хейнкелей'. Затем еще одна короткая атака, и резкий уход вниз, чтобы успеть, с обрезавшим мотором, найти площадку для посадки, и сесть с первой попытки. Уйти на второй круг без мотора было нельзя. При подготовке к одному из вылетов майор обратил внимание на размещенные на соседней площадке похожие на их 'Сверчки' самолеты. Вот только винтов в хвосте у них не было. А тренировались рядом с японским 'пленным сентаем' юноши не старше шестнадцати лет. Это было очень странным. Похоже, часть была учебной, поскольку в небе этих самолетов японский офицер не видел. Кстати, один раз майор, наблюдал построение 'соседей', к ним прибыл какой-то очень важный чин, хоть и не генерал (лампасы были бы заметны). Издали было ничего не понять, но в душе поселилось странное чувство. Этого начальника майор где-то видел. Жесты и манера себя вести были на кого-то похожи. На кого? Увы, память не сразу выдала ответ. Но, когда при чтении польской газеты это случилось, захотелось сильно зажмуриться и потрясти головой. С газетной страницы глядел на майора требовательным и упрямым взглядом тот самый человек, с которого началась вся история с его приписанным нынче к Академии Центром. На погонах офицера с лицом старшего лейтенанта Колуна, красовались знаки различия подполковника. Аккуратно заданный вопрос охране, подтвердил подозрение. Подполковник Моровски действительно бывает здесь наездами, и как раз недавно был у соседей. Стало ясно, что чувства не обманули в тот раз, и издали видел он на плацу именно того странного русского. Гайдзина хорошо понимающего кодекс 'Бусидо', знающего искусства дзю-дзюцу и карате-дзюцу. Вдохновенно летающего на любом самолете, словно птица, благословленная самой Аматерасу, и все время думающего о чем-то печальном и далеком. А вот, как это случилось? Как советский офицер стал заместителем командующего польских ВВС, майор так и не смог понять.
Но долго рефлексировать было некогда. Начальник Саямского центра и здесь, в Польше, организовал дело профессионально. Минимум шесть учебных вылетов на двухместных аппаратах для переучивания на каждого студента. Многократная отработка ориентирования на 'сверчке' с безмоторными посадками на подфюзеляжную лыжу. За время учебы успели понаблюдать несколько германских авианалетов, отбитых зенитной артиллерией и обычными польскими истребителями. Майор быстро набросал конспект для обучения тактике и потом требовал от студентов точных ответов на все вопросы. Над выданной им картой прикрываемого промышленного района перед сном тренировали до автоматизма, в зависимости от местоположения истребителя после атаки, быстрый поиск местных ориентиров, пригодных для приземления площадок и маневры при заходе на посадку с включенным и выключенным мотором. Потом была отработка отстрела шрапнелей, и стрельбы из авиапушки по привязанному к 'Люблину' тренировочному 'конусу. Имитация воздушных боев против двухмоторных PZL-58 'Лис II' и трофейных Bf-110 (тех самых, что встретили их тогда у Дебрецена). Затем были вылеты группами по несколько человек на двухмоторных 'Локхидах' для ознакомления студентов с ориентирами района боевых действий с воздуха. Разбор всех проведенных полетов помогал избавиться от большинства ошибок.
