Эг-мумии похожи на седых или лысых людей без кожи, затянутых в прозрачные одеяния. Что-то вроде клеенки или целлофана. К тому же у Склнътастара макушку украшает стальной обруч с шипами, руки и ноги обтягивают кожаные ремни, а грудь пронзает железный штырь.
Первые два украшения – знаки отличия. Влиятельный чиновник и недурственный маг. А вот штырь – очень плохой признак. Своего рода клеймо преступника, демона, не оправдавшего возложенного на него высокого доверия. И пока эту хреновину из него не вытащат (а это может сделать только Йог-Сотхотх или Азаг-Тот – иначе смерть), он изгой, лишенный доступа в Кадаф.
Жрецы Глубин – существа сравнительно немногочисленные. В Лэнге их всего пара сотен. Темно-синяя гладкая кожа, как у лягушек, переходящая в зеленый на ладонях и стопах, пальцы очень сильные и гибкие, снабженные довольно острыми когтями. На плечах и бедрах большие округлые плавники с шипами, ушей и волос нет, глаза почти человеческие, а вместо рта и носа что-то вроде большой присоски. Как у рыбы-прилипалы. Этой штуковиной Жрец Глубин удивительно быстро может высосать из человека… да все. Минута в смертоносном объятии, и от несчастного останется только высохшая мумия.
Никаких отличительных черт на Цюрмле я не заметил – разве что белесый шрам на левом бедре. Из одежды они носят только маски для дыхания, так что разглядеть было нетрудно. Впрочем, я и так знаю, что Жрецы Глубин самые доверенные слуги Дагона и больше никому не подчиняются. Интересно…
– Да, это именно то, о чем говорил господин, – подтвердил Склнътастар.
– Пшаушшшхх-уаушшш?
– Уверен.
– Шпшшш-х-х-хушш?
– Лучше всего прямо сейчас. Господин может разгневаться, если мы…
– Шшшш-хапшш!
– Да, гнев господина воистину страшен, – согласился эг-мумия. – Мы забираем сию вещь.
– Забираете? – удивился Пазузу. – Кого?
– Шкатулку. Надеюсь, мы заплатили достаточно?
– Красивую шкатулку? А что вы дали мне взамен?
– Двенадцать молодых рабынь, присланных из Рари, – терпеливо напомнил Склнътастар. – Достаточно ли сего?
– М-м-м-м? – задумался Пазузу. – А когда?
– Что когда?
– А ты кто? – тупо уставился на него Пазузу.
– Цюрмле, можешь забирать, – устало передал шкатулку Жрецу Глубин Склнътастар. – Время уходить.
– Куда? – посмотрел ему вслед Пазузу. Потом перевел взгляд на столик, на котором только что стояла шкатулка. – Какая красивая колонна! Белая такая…
Я раздраженно смотрел вниз. Пазузу все ходил вокруг колонны, любовался ею и громко восхищался. А эг-мумия и Жрец Глубин, если верить направлению, уже покинули башню и двигаются в направлении квартала эг-мумий. У этих уродов без кожи есть свои способы перемещаться между поселениями Лэнга.
И это очень неприятно – если они сейчас прыгнут в Трок, Р’льиех или Кадаф, это будет стоить мне потери времени… Хотя в Кадаф не прыгнут – Склнътастару запрещено там появляться. Но это даже плохо – Трок и Р’льиех еще дальше от Ирема, чем Кадаф.
Пазузу наконец-то налюбовался колонной, повернулся к выходу, но в последний момент поднял голову и помахал рукой:
– Привет, Лаларту! А ты что там делаешь?
– Привет, Пазузу, – мрачно ответил я, спрыгивая с потолка. – Вот, заскочил, тебя дома не было, решил подождать немного…
– Привет, Лаларту! – снова обрадовался Пазузу.
Я уже говорил, что Пазузу глуп, как пробка?
Но в лицо ему это осмелятся сказать немногие. Даже я вряд ли рискну с ним связываться – в бою этот демон может одолеть небольшую армию.
Нет, я это тоже могу, но… но зачем мне такие заморочки?
Пазузу почти вдвое выше меня – в нем три с половиной метра. Светло-оранжевая кожа по прочности может поспорить с древесной корой, хотя моему экзоскелету все же уступает. Рук только две и пальцев на них всего по четыре, но эти громадные лапищи не намного хуже моих шести семерней. Когти тупые и не слишком полезные, но зато он одной рукой может вырвать из земли столетний дуб. Боевые параметры у этого танка тоже на высоте. Чудовищно силен. Рефлексы порядком уступают моим, на короткой дистанции я его обойду, но если придется бежать марафонскую, он стопроцентно победит. Летает тоже намного быстрее, хотя таких финтов выписывать не может.
Если сравнивать с техникой, то я буду маленьким юрким вертолетом, а он тяжелым ТУ-104. У него могучий толстенный хвост, которым он может убить человека, и целых четыре крыла. Правда, рабочие только два – те, что растут из лопаток. Два других торчат по бокам выступающего шейного позвонка, размером чуть больше моей ладони и совершенно бесполезны. Рудименты, не более.
Ну а морда у Пазузу – нечто среднее между филином и черепахой. Роговой клюв на пол-лица, в котором, однако, растут изогнутые кривые клыки, круглые совиные глазищи, великолепный веер из розово-белых перьев на затылке и два небольших, но очень острых спиралевидных рога во лбу.
– Привет, Лаларту! – в третий раз воскликнул Пазузу, щелкая клювом.
– Привет, тупица… – пробормотал я, старательно изображая радость. – Пазузу, а кто это был?
– Где? – удивленно заглянул под стол Пазузу. – Ой, камешек!
– Я о тех двоих, что только что вышли. Эг-мумия и Жрец Глубин. Это твои друзья?
