Нур наблюдал за движением разномерных шаров, пытаясь угадать систему. Но никакой упорядоченности не нашёл. Ничего особенного, нормальные природные процессы. Разум или животный мир не торопятся себя проявить. А те и другие тут непременно есть. Недостаток видимого света отнюдь не запрет.
Утро подтвердило уверенность Капитана. Ефремов проснулся, облачился в скафандр, вооружился фонарём и вышел наружу. Ананда включил прожектор, высветил туннель в сторону ближних гор. Восклицание Ефремова остановило начавшийся без него коллективный завтрак, первый совместный после проверки-тестирования экипажа.
– А к нам приходили! Пока мы спали, нами интересовались аборигены!
В голосе – веселое возбуждение. На этот раз в скафандры облачились и Азхара с Ледой. Группа из пятерых выглядела солидно, и обязана заинтересовать любопытных аборигенов. А следы они оставили – углубления в чёрном песке до сантиметра глубиной и десять в диаметре. Представить существо на основании следов отказался и Ефремов.
– Всё-таки жизнь! – радовался он.
«Парадокс! – удивился Нур, – Встреча с внеземной цивилизацией Гайяны так его не возбудила. Тут неизвестно кто оставил всего лишь неопределённые следы, а он на небе от восторга».
Демьян реагировал рациональнее, сказывалось влияние фаэтов:
– Атмосфера наэлектризована. Ночной ураган… Гости, следовательно, были после, под утро. Наше утро. Выходит, наши суточные ритмы совпали с планетными. Или близки к ним. А ещё – в таком мире существа просто обязаны накапливать электричество. И разряжать его при необходимости.
– Они видят в темноте, вне оптического диапазона, – добавил Эрвин, – А на свету – слепы. Мы для них невидимы, потому что внутри светового коридора. Для них он – чёрный непроницаемый цилиндр. Или кишка.
– Мы вполне можем попасть под электромагнитный удар. Ананда уверил, что скафандры обеспечат защиту. Но как защитит он от молнии или магнитного импульса? – обеспокоился Демьян.
Ананда не согласился с ним:
– Между нами концептуальное непонимание, землянин Прохоров. Я тебе гарантирую общую, то есть универсальную защиту. А ты беспокоишься о кусочке внутри ограниченного спектра. Что с тобой? Если хочешь переживать, я помогу. Бойся не молнии, а клыков или щупалец. Мышцы надо было тренировать перед выходом в дальний космос.
Азхара, присев над ямкой-следом и дотронувшись до неё рукой в перчатке, сказала негромко:
– Интересно мне, Тьма тоже имеет гармонию внутреннюю? Не темнота, тут ясно мне. Я про мир Дзульмы. Думаю, гармония всё же есть и там. Но не совпадет с нашей принципиально. Нравственность у них иная. потому что Тьма в основе бездуховна. Я правильно думаю?
«Кого она спрашивает? – спросил себя Нур, – Или не спрашивает? А предлагает задуматься тем, кто вне Сферы. И кто в любой момент может встретиться с Тьмой лицом к лицу. Да, так. И не мне отвечать».
Прошёл час ближней разведки. Точнее, ощупывания почвы под ногами. Наступает новый планетный день, и он уже приготовил сюрпризы для инопланетян. Светлые почему-то рвутся в темноту, а тёмные – в свет стремятся.
Отвлекал шум в атмосфере. Непонятного происхождения, он заставлял напрягаться и прислушиваться. Звуки иногда складывались в слова, понятные всем.
– Эхо моих мыслей, что ли? – спросил себя Демьян.
– И моих! – подтвердил Эрвин.
Нур заинтересовался – сам он не смог вычленить в шуме отражения своей внутренней речи. Но заметил, что за «эхом мыслей» скрывается другой слой звуков. И он тоже претендует на осмысленность. Но так оно на самом деле? И решил снизить порог ожидания разума на планете тьмы:
– Иван Антонович! Напомню твои слова: «В недвижном воздухе морозного утра пар, вырываясь изо рта, сразу превращался в мельчайшие льдинки. Трение льдинок на лету друг о друга и производило характерное тихое шуршание. Этот тихий шелест, называемый якутами «шёпотом звёзд», означал, что мороз больше 45 градусов». Может, и тут всего лишь воздух шуршит?
Ефремов потянулся рукой к голове, но шлем помешал.
Загадка атмосферы рассеяла внимание.
Плазмоид заметили не вовремя. Пока он не приблизился к Леде и не заискрил. А затем и зазмеился голубыми молниями. Первым отреагировал Ефремов, находящийся в трёх шагах. Прыжком преодолев расстояние, он рывком отбросил её в сторону. Воздух заволновался и шар, начиненный молниями, разрядился в Ефремова, рассыпавшись снопом искр. Он покачнулся, сделал шаг вперёд, неуверенным движением отстегнул шлем, откинул в сторону. Сняв перчатку с правой руки, принялся пальцами тереть глаза.
Ослепление и шок, понял Нур и скомандовал:
– Демьян! Проводи Ивана Антоновича домой!
Роух приведёт его в порядок. Иначе зрение в опасности. А скафандр работает хорошо, держит удар. Ефремов выключил фильтр шлема. Беспечность от взволнованности. Необходима дополнительная психологическая подготовка, иначе подобные случаи превратят пребывание на планете в мучение. И Нур приказал:
– Экспедиции вернуться на Ананду!
Зрение к Ефремову вернулось через час, взбудораженная нервная система успокоилась. Он довольно улыбался.
