ВЕДИ. Стоит у пригорка Вещий Старец и при виде народа вопрошает: «По что пришли?» — и ему объясняют, по что.
Пропускает он народ на пригорок, призывает Весну словом кратким. Скажем, таким:
— «Весна! Весна Красная! Приди к нам с радостью, с великою милостью! Со льном высоким, с корнем глубоким, с хлебом обильным!»
Выходят вперед красные девушки да молодые молодушки и начинают заклички, поют-перепеваются.
ГЛАГОЛЬ. И с последней песней выкатывается из лесу на коне Масленка со свитой. Слуги Масленки прибирают людей в цепочку, ведут их цепочкою на поляну, где заводят народ в хоровод. Первый круг — коло Масленки, а ко второму ее отставляют в сторону.
ДОБРО. Выходит из лесу Некто, диво дивное, волохатое, грабоватое. Требует себе места — всю поляну, все пиво на питье, всех девок на закуску, солнышко трубку раскурить. И никак его ни добрым словом не усовестишь, ни на порог не покажешь. Тогда выходит из круга сильномогучий волхв с тяжелым предметом и без долгого вступления провожает нарушителя:
— А ну пошел отсюда, вражья сила! Полно тебе пакостить, реки морозить, людей морочить! Кончилось твое время! Проваливай восвояси, за леса да за овраги!
И гоняет чужака по всей поляне.
ЕСТЬ. А тем временем появляется из оврага нечистая сила и крадет драгоценную Масленку, уволакивает ее далеко за реку, где твердыня снеговая возвышается. И чтоб Масленку спасти, предстоит собрать побольше добрых молодцев, через овраг перебраться, крепость взять приступом, Масленку отбить, а нечистиков полонить.
ЖИВЕТЕ. Когда Масленка вернется на нашу сторону, ставят ее на высок курган, на почетное место, вновь собирается народ и пьют круговую братину. Первым подносят ее победителям. И с той братины начинается честной пир.
— Хлеба кушать, люди добрые. Милости просим на братчину! Изопьем чару, за Весну-матушку, да другую, за Красное Солнышко, да еще третью, чтобы запели речки звонкие, чтобы прилетели поскорее птички певчие. И пусть не будет боле ни снега ни мороза, а будет зеленая трава да алые цветы! И как сегодня у нас стол богат, так и у всех у нас в дому пусть будет богато, не переводится!
И идет пир, а за пиром — игрище.
ЗЕЛО. А в середине игрища вспомнит кто-нибудь:
— Как это, мы тут поем да веселимся, а Медведь в берлоге спит, с нами не гуляет. Ну-кося, пойдем его будить!
И идут будить Медведя к Берлоге, что чуть в стороне… а наперед пускают красных девок.
ЗЕМЛЯ. В конце пира, перед тем, как гостей с миром отпустить, провожают на небо Масленку. Она с нами побыла, блинов да пива привезла, поела да попила, да Весны не принесла — пусть отправляется на небо, покличет там Весну, чтоб поскорее к нам шла, да в пути не задерживалась.
Во дни минувшие, в годы стародавние, когда завалило сугробами снежными тропы торные за караванами последними, что на зимнее Солнцестояние ушли Солнышко искать, и не было от них ни слуху ни духу, пошел-полетел по белу свету Вещий Зов. Отозвались на него те немногие, кто в ночных битвах и долгих странствиях уцелел, главы вовсе не утратил, числом до четырех не то пяти. И сошлись на юго-западном кону, у колдовской женки Маринки в дому, во высоком терему на каменном кругу.
Собирались они во един круг, поднесла им вещая жена доброго вина из кипящего котла, говорила таковы слова:
— Слушайте сюда, люди добрые, творится на нашем свете неладное. Как проводили Коляду в достопамятном году, так с тех пор доброй вести и не было. А от нас той вести, почитай, весь свет ждет-дожидается. Так не довольно ли нам всем порознь блуждать? Время пришло Весну-Матушку закликать, Зимушку до дому провожать. Отыщем-ка мы гору высокую, найдем подле той горы поляну широкую, соберем на нее добрых людей с четырех концов света, всех, каких ни есть!
Говорили ей в ответ мужи почтенные, замочив седы усы в чары пенные:
— Зачем же нам гору да поляну искать? Коли просто мед пить, да блины есть, так оно и под крышей лучше!
— Аль мало выпили, коль сами не уразумели? Созывать мы людей будем не просто пиво пить, а Небо да Землю будить. То дело великое. И людей для того надобно елико возможно боле, столько, что у нас и крыши такой нет!
Тут един гость вопросил, сглодавши кость:
— Как же нам Весну-Красну дозваться-докликаться? Она, чай, далеко, клич туда добросить не легко?
