Как меня этот день упрессовываетКак в какую-то щель запрессовываетКак в какую-то банку засовываетИ какую-то гадость высовываетИ так ярко ее разрисовываетСтранно так ее располосовываетСловно жизнь мою он обрисовываетИ ко мне это все адресовываетИ на жизнь мою все нанизовываетКак заране меня колесовывает.(«Как меня этот день упрессовывает…»[346])Почти все глаголы этого текста соединяют в себе приставки совершенного вида и суффиксы несовершенного. Противоположное значение разных морфем внутри слова делает эти глаголы изобразительными: по своей лексической семантике они обозначают насилие. И длинный ряд однотипных авторских форм, и то, что сами эти формы длиннее соответствующих словарных, увеличивает изобразительность насилия. Стихотворение это иллюстрирует один из главных постулатов Пригова:
…любой язык в своем развитии стремится перейти свои границы и стать тоталитарным языком описания. Это моя основная презумпция.
(Пригов, Шаповал, 2003: 96)Пригов сопротивляется клишированию речи по-разному. Например, нарушая линейную последовательность высказываний. В стилистически однородную речь включаются вставки живого слова:
В этой жизни, где прéкра-, Маринасная память о стольких, МаринаНаших, скажем, друзьях у-, Маринашедших черт-те куда но, МаринаС нами, пусть-что, живущих, МаринаПотому не умрем, но, МаринаБудем в памяти пóто-, МаринамковМарина, мы жить(«В этой жизни, где прéкра-, Марина…»[347]);Сер — это кто? — жант.Вер — какой это? — ный.Со — что ли? — держант.Стра — кого это? — ны.Го — что прикажете? — товВ яро — ваше…ство! — стиВра — этих? — ага! — гов.Сне — под нёготь их! — сти.Но вра — медленно — гиСпе — по приказу — шат,Хоть но — от ударов — гиДро — а что делать? — жат.Толь — и откуда? — коМа — их берется? — ать!Сколь — ежегодно — коВыни — приходится — мать!Груст — столетьями — ноСер — приходится — жанту,Уст — если б только! — ноСодер — ругаться — жанту.(«Верный сержант»[348])В последнем примере имеет значение армейская тема стихотворения. Автором воспроизводится ритмическая структура команд с долгой паузой в середине слова и сильно акцентированным последним слогом — типа смир — но! напра — во! Функциональное назначение такой структуры команд состоит в том, чтобы солдат успел приготовиться и выполнить их в четко фиксированный момент. Текст Пригова рисует картину, когда человек, вместо того чтобы без рассуждений выполнять команду, начинает именно рассуждать, осмысливать ситуацию[349].
Возможно, что в стихотворении «Верный сержант» Пригов передразнивает риторику военного начальства — нравоучительные речи со вставными вопросами: «Хитрость есть признак ума, но ума какого? — примитивного!»[350]
Иногда Пригов создает новый смысл исходя из знака, казалось бы, лишнего в некоторых грамматических формах. Так, например, осмысливается мягкий знак после шипящих согласных, который орфография предусматривает только для существительных женского рода:
Куриный суп, бывает, варишьА в супе курица лежитИ сердце у тебя дрожитИ ты ей говоришь: Товарищь! —Тамбовский волк тебе товарищ! —И губы у нее дрожатМне имя есть АнавелахИ жаркий аравийский прах —Мне товарищ.(«Куриный суп, бывает, варишь…»[351])Мягкий знак в этом тексте предстает знаком смягченного обращения. Демонстративно абсурдное обращение Товарищь! к курице в супе — преувеличенно вежливое, оно выглядит как заискивающее извинение перед ней, как признание ее права на жизнь и даже как признание в курице ее женской природы. Орфографическая оппозиция «женское — мужское» означает здесь отношение жертвы и агрессора[352].
