- Она не сделает, а ты сделаешь, – упрямо произнесла Ася, – Рядом с тобой я стану лучше. Теперь я это точно знаю.
- Для меня ты всегда была и будешь лучшей, – ласково ответил Кирилл, – Потому что я вижу больше тебя. Так всегда было и всегда будет.
На следующий день Ася поднялась ни свет ни заря. Сна не было ни в одном глазу, а приятное возбуждение, которое обычно бывает у детей накануне праздника, кололо бока и щекотало пятки, заставляя вылезать из постели и скорее бежать навстречу этой прекрасной жизни.
Самолет олимпийской сборной в Мюнхен должен был вылетать в два часа дня, а рейс Кирилла на два часа раньше. Ася собиралась отправиться в аэропорт вместе с женихом, чтобы проводить его и после этого уже приступить к своим обязанностям секретаря сборной.
Все было готово. Собранный заботливыми мамиными руками голубой чемоданчик стоял в углу у двери, готовый к путешествию. На дверце шкафа висел форменный костюм администрации сборной.
«Сдалась все-таки», – подумала Ася, проводя рукой по жесткому рукаву и живо представляя себе мамино недовольное лицо, когда она гладила для нее этот костюм.
Незаконченным оставалось только одно дело. И девушка не хотела уезжать, не завершив его.
Ася села за стол и, положив перед собой чистый лист бумаги, принялась писать:
Дорогой Анатолий Андреевич!
Не буду скрывать, что Ваше предложение меня заинтересовало и заставило о многом задуматься. Я признательна вам за внимание и участие, которые вы ко мне проявили. Несмотря на это, я вынуждена отказать вам. Надеюсь, вы найдете в себе силы не осудить меня за это решение, как не осудили за все ошибки, которые стали вам известны. Я поступаю так исключительно ради себя. Понимая все возможности и блестящие перспективы, которые я теряю, отказываясь от союза с вами, я делаю выбор в пользу человека, рядом с которым я смогу стать лучше.
А.
Закончив писать, Ася пересчитала письмо и, утвердительно кивнув самой себе, вложила его в конверт. Получилось немного официально и многословно, но, в конце концов, это был ее первый опыт ставить точку в отношениях, а не делать это чужими руками или сбегать без оглядки. Для первого раз неплохо.
Написав сверху его имя, она позвонила вниз и попросила водителя подняться.
- Отвезите в Министерство, передайте через охрану личному секретарю товарища Громыко, – передавая конверт, давала она наставления сонному Диме, – Анатолию, не Андрею. Не перепутайте!
- Не перепутаю, Ася Андреевна, – проговорил парень, борясь с желанием зевнуть.
- Хотя… – задумчиво протянула девушка, не выпуская из рук конверт, за который уже схватился водитель, – Это все не то… Лишние пустые слова. Подождите тут, я сейчас.
Она побежала обратно в комнату, а водитель уже уютно пристроился к дверному косяку, прикрывая глаза и надеясь воспользоваться этой паузой, чтобы еще немного подремать. Но ему не удалось даже лишний раз зевнуть, как Ася уже вернулась, протягивая ему запечатанный конверт.
- Вот, этого достаточно. Он все поймет, – говоря больше сама с собой, чем с Димой, произнесла девушка.
Через час письмо уже лежало на столе Анатолия Громыко. Ему не нужно было вскрывать его, чтобы знать, что в нем. Он видел ее мысли сквозь тонкую бумагу, чувствовал ее намерения в косом наклоне аккуратного подчерка, которым было выведено его имя на конверте.
Ничем не выдавая своего волнения, кроме напряженно изогнутой брови, Анатолий не спеша разрезал пакет канцелярским ножом и дотронулся тонкими длинными пальцами до выпавшей из конверта карточки из тисненого картона. Это было приглашение на свадьбу. На ее свадьбу.
====== Глава 30 ======
Бери мои желания, взрывай свои мосты.
Тебе мое сознание, за то, что мы на «ты».
Спасай от нежных лилий шипы свои
Касаясь их губами, – живи, живи!
Animal ДжаZ & МакSим «Живи».
В тот день в аэропорту было не протолкнуться. До вылета очередного олимпийского чартера на Мюнхен оставалось еще более трех часов и спортсмены еще даже не начали прибывать, но у входа в здание аэровокзала уже дежурили неравнодушные болельщики, желающие поприветствовать своих кумиров перед важными соревнованиями. В сторонке, сверкая красными галстуками и пестрыми букетами летних цветов, торжественную линейку репетировали московские пионеры.
Наблюдая из окна автомобиля за нетерпеливо переминающимися с ноги на ногу любителями спорта и раскрасневшимися от волнения лицами детей, Ася почувствовала всю масштабность предстоящего события. Это был не просто турнир, это был большой спортивный праздник, затрагивающий сердце каждого человека, и она тоже была к нему причастна.
- Это и твой праздник, – будто прочитав ее мысли, произнес Кирилл и сжал ее руку на своем колене.
