Идеальная деревня полностью

– Я… я хотела проверить, как там Джеки, – говорит Вивасия.

– У тебя появились дети, – говорит Рут.

Вивасия удерживается от иронической улыбки. Что-то в Волчьей Яме никогда не меняется: новости мигом распространяются по этому закрытому поселку.

– Да, – просто отвечает Вивасия.

Здесь, на краю дороги, рядом с Рут, она ждет: то ли за Джеки приедет частная «скорая помощь», то ли Ола явится арестовывать ее, Вивасию.

Через десять минут Ола выходит из дома Джеки. На этот раз она замечает Вивасию. Другой полицейский, молодой, которого вырвало при виде выплюнутого колодцем Девы призрака, стоит у машины. Он смотрит поверх голов женщин за дом Вивасии, на колодец. Сам бледный, выражение лица – даже не описать.

Ола бросает на него суровый взгляд и направляется к Вивасии.

Ту бьет дрожь, она сцепляет руки, чтоб не тряслись.

– Я думала, вы останетесь с ней. – Голос Олы звучит резко, тон осуждающий.

Вивасия втягивает в себя воздух:

– Она… она…

Рут подается вперед и произносит слова, которые не удается выжать из себя Вивасии:

– Джеки в порядке?

Ола смотрит на нее испепеляющим взглядом.

– Я имею в виду, она… справляется? – добавляет Рут.

Домески вздыхает, как будто считает вопрос нелепым. Этот раздраженный вздох возвращает Вивасию к реальности.

Джеки жива.

– Ночью она захотела, чтобы я ушла. Я провела с нею какое-то время и сейчас снова шла ее проведать, – говорит Вивасия.

– Я тоже, – вставляет Рут.

– Ясно, – кивает Ола.

Вивасия мнется.

– А… можно пойти туда? – наконец спрашивает она.

– Да. – Инспектор хмурится, небрежно машет рукой и поворачивает к машине.

Молодой полицейский подбирается, распахивает пассажирскую дверцу и плюхается на сиденье. Он отводит глаза и поворачивает голову так, чтобы больше не смотреть в сторону Волчьей Ямы.

Вивасия сходит с дороги и направляется к дому Джеки.

Машина Олы совершает аккуратный разворот в три приема и катит в обратную сторону.

– Я пойду с тобой, – догоняет Вивасию Рут.

Вивасия качает головой. Дети в доме, спокойно спят. Она не хочет, чтобы они проснулись и обнаружили, что ее нет. Но и посылать Рут к Джеки в одиночку вместо себя тоже не желает.

– Ты не могла бы… – Вивасия замолкает, сглатывает и делает глубокий вдох. – Дети спят. Я должна повидать Джеки, но не хочу, чтобы они проснулись, а в доме – никого.

Рут привлекает Вивасию к себе и крепко обнимает:

– Это будет честью для меня, моя дорогая девочка.

Дверь в доме Джеки приоткрыта, внутри – тишина, густая, как туман.

Вивасия, остановившись на пороге, вспоминает те времена, когда спокойно могла войти внутрь, не дожидаясь приглашения.

Какое-то движение привлекает ее внимание. Оказывается, это Джеки мерно шагает из гостиной в сторону входной двери.

Увидев Вивасию, резко останавливается.

Вивасия тоже медлит, не зная, что сказать или сделать.

– Я собираюсь рассказать полиции о случившемся, ты знаешь, – говорит Джеки, сверкая стальным взглядом.

– Да, – отзывается Вивасия.

Голос у нее дрожит совсем чуть-чуть, едва заметно. Она слегка недоумевает, почему Джеки не раскрыла правду Оле, когда та находилась здесь пару минут назад.

Вивасия смотрит на Джеки, на ней – спортивные брюки.

– Сперва я хочу подняться туда, – отвечает Джеки на не заданный Вивасией вопрос. – Мне нужно увидеть все.

Паника нарастает, но Вивасия берет себя в руки. Слава богу, Келли там не будет; ее уже увезли, запаковав в черный мешок, как Чарльза, только в более прочный.

Вивасия не знает, как ей реагировать. Хочет ли Джеки, чтобы они пошли вдвоем? Окидывает ее беглым взглядом. Джеки выглядит хрупкой, уязвимой; такая худенькая, будто одна злость не дает ей развалиться на части.

– Я отведу тебя, – говорит Вивасия.

Это будет трудно, жутко. Еще одно наказание. Вивасия рада, что ей придется снова подняться на холм. Она это заслужила.

– Где они?

Сердце Вивасии подскакивает, когда она понимает, что Джеки спрашивает о детях. О своих внуках, напоминает себе Вивасия и отвечает:

– С ними Рут.

Джеки молчит.

Они идут тем же путем, каким шла вчера Вивасия следом за близнецами. Джеки немного впереди, широкими шагами стремится к цели.

Некоторое время женщины не разговаривают. Наконец показывается колодец Девы.

Вивасия не хочет, чтобы Джеки смотрела на него или задерживалась у этого древнего памятника, случайно ставшего катализатором смерти Келли.

Она сосредоточивается на одной теме, касаться которой Джеки до сих пор избегала.

– Ты… ты хочешь увидеть детей? – Вивасия украдкой косится на Джеки.

Та смотрит вперед, на холм; взор решительно нацелен вдаль.

– Нет, – отвечает она.

Вивасии обидно за Розу и Далласа.

– Они… они совсем не такие, как он, – говорит Вивасия. – Очень похожи на Келли.

«Но насколько это верно? – спрашивает она себя. – В отношении Розы, пожалуй, да – упрямый характер, красота, лидерство». Насчет Далласа Вивасия пока еще не уверена, какой он на самом деле. Вспоминается вчерашняя трагедия. Эта улыбочка на его лице, когда он шустро метнулся в сторону и Роб полетел вниз с обрыва…

Вивасию передергивает.

Это был несчастный случай. Даллас слишком мал, чтобы осознавать последствия своих действий. Он просто вел себя как… ребенок.