Знал бы Кристиан наперед, ужом бы извернулся, а приданого не трогал.
Но ничто не могло тогда предвещать, что однажды он всерьез задумается о разводе.
Сейчас, впрочем, ни он сам, ни Андрес Кох о деньгах совершенно не думали.
Они стояли в изножье кровати Берты и наблюдали за тем, как доктор поит ее теплым молоком с медом.
– Как же так, Берта, – раcтерянно проговорил Андрес, - тебе следовало быть внимательнее.
– Внимательнее? – слабым голосом переспросила Берта и вдруг разразилась нервическим неприятным смехом. – О, да, мне следовало быть внимательнее.
Кристиан остро взглянул на Морица, и тот поспешно ухватил Исаака и Хельгу за руки, приговаривая:
– Ну давайте, маленькие господа, пора завтракать.
Исаак немедленно разревелся, а Хельга торопливо вытолкала его в коридор.
У Кристиана сжалось сердце: его дочь была еще слишком юна для подобных испытаний, однако сомнений не оставалось – она правильно понимала, что именно случилось с ее матерью. И теперь выступала союзником Кристиана, защищая вместе с ним Исaака.
– Да, мне следовало быть внимательнее, - лихорадочно бормотала Берта, отталкивая от себя стакан, доктора, закрываясь от всех руками, - мне следовало вешаться, а не травиться.
– Что? - переспросил Андрес пораженно. – Кристиан, о чем толкует эта девочка?
– Бредит, - сердито ответил он.
Еще час назад он просил Берту не пугать детей ещё больше и не говорить о попытке самоубийства. Она смотрела на Кристиана мутным, ускользающим взглядом, но нашла в себе силы кивнуть.
И вот – новое представление.
– Вы не могли бы дать ей успокоительных? - спросил Кристиан у доктора.
– Нет, нет, – ответил он испуганно, - надо пробуждать ее нервическую деятельность, а не усыплять.
– Дочь моя, – Андрес сел на кровати с другой стороны от доктора, - что ты ты такое говоришь?
Берта устало откинулась на подушки, приступ прошел, и теперь только слезы текли по ее бледным щекам.
– Не хочу здесь оставаться, - прошептала она, – не могу. Забери меня домой, папа.
Андрес растерянно погладил ее по руке, а потом перевел потемневший взгляд на Кристиана.
– И что ты с ней сделал? – спросил он резко. – Посмотри, в каком состоянии моя дочь!
Кристиан, ничего ?е ответив, развернулся и вышел из спальни.
Внизу его уже ждала записка с адресом от Ганса.
Дверь неприметного, но добротного особняка открыла Гертруда Штайн лично.
Она была вся в черном, но все так же ослепительна.
Эту красоту было ничем не скрыть.
– Кристиан, – Гертруда протянула ему обе руки, – сейчас не лучшее время для визитов.
– Но это не терпит отлагательств, - он на правах будущего родственника поцеловал ее пальцы.
– Да, конечно, - ?ертруда рассеянно кивнула и шепнула: – После мне тоже нужно с вами поговорить. Пойдемте, я провожу вас к своему кузену. Он человек широких взглядов и большой умница, – шурша юбками по натертому до блеска полу, сообщила она мягко. - Вы можете говорить при нем открыто и смело.
Дом был обставлен скрoмно и даже аскетично, никаких позолоты и запаха пряностей.
Гертруда постучала в одну из дверей, а потом лично открыла ее перед Кристианом:
– Прошу.
Оскар Гаспар приподнялся из-за стола темного дерева навстречу.
Если его двоюродная сестра была невозможной красавицей,то Оскару такой роскоши не досталось.
Он был невысок, смугл, узкоглаз, но в его манере держаться витали какие-то неуловимые раскованность и изящество.
– Кристиан Эрре, – Оскар первым протянул ему руку, – мой будущий родственник, как я понимаю? Как учтиво с вашей стороны принести свои соболезнования.
Его рукопожатие было крепким и коротким.
– Я пришел не только для этого, – сказал Кристиан, не найдя в себе сил на ответную вежливость.
– Да, да, – Оскар прошелся по кабинету, открыл дверь и крикнул кому-то, чтобы принесли им чая.
Кристиана передернуло.
Хватило ему чая от клана Ли.
– Вы ведь были возле моего деда в момент его смерти? – уточнил Оскар.
– В момент его убийства, - Кристиан без спроса уселся на диван. - Я пришел сказать, что вашего деда убили.
– Вот как, - отозвался Оскар задумчиво и уставился на Кристиана умным и ясным взглядом. - Каким же образом это случилось?
– ?го отравил человек по имени Маттиас Вайс. Вы можете знать его как Дженарро Манчини, - спокойно ответил Кристиан. - Собственно, по этой причине я и настаивал на том, чтобы прервать ваш траур и прийти к вам до похорон. Возможно, вы сможете найти следы яда при вскрытии.
– Даже так, - Оскар покачал головой, будто не веря собственным ушам. – И по какой же причине этот человек с двумя именами совершил такое?
– Согласно моим данным, в обмен на убийство господина Ли его сын, Бруно, подарил бы Маттиасу Вайсу свободу.
– Бруно, – повторил Оскар безо всякого удивления. - Как любопытно. Но о какой свободе вы говорите? Насколько я знаю, моя семья не занимается работорговлей.
– Стало быть, вы не знаете о сиротках из Приюта любви и послушания? В таком случае, это длинный разговор.
– К счастью, - Оскар скупo улыбнулся ему, – я никуда не спешу. Позвольте мне только отдaть несколько распоряжений, а пока выпейте чаю.
– Могу я попросить кофе? – взмолился Кристиан.
