— Я прекрасно провела время, — шепчет она. — Ну, кроме того момента, когда пряталась в туалете… и когда ты угрожал тому парню.
— Забудь об этом и поцелуй меня, — прошу я.
Я запускаю руки в ее волосы. Она обвивает руками мою шею, а я провожу дорожку поцелуев к ее губам. Я касаюсь их и углубляю поцелуй. Это как танго — сначала мы двигаемся медленно и ритмично, а затем, когда наши языки переплетаются, мы начинаем тяжело дышать, а поцелуй превращается в страстный, быстрый танец. Я не хочу, чтобы он заканчивался.
Поцелуи Кармен были жаркими, но поцелуи Бриттани более чувственные, сексуальные и безумно манящие.
Мы все еще в машине, но на передних сиденьях тесновато. Прежде чем я успеваю это осознать, мы перебираемся назад. Неидеальное место, но я почти этого не замечаю. Я завожусь от ее стонов, поцелуев и рук в моих волосах. И этот запах ванильного печенья. Я не собираюсь заходить слишком далеко сегодня. Но моя рука медленно движется вверх по ее обнаженному бедру.
— Мне так хорошо, — говорит она с придыханием.
Я кладу Бриттани на спину, а мои руки продолжают изучать ее тело. Я приспускаю бретельку платья и лифчика и ласкаю шею. В ответ она расстегивает мою рубашку. Ее пальцы бродят по моей груди и плечам, обжигая кожу.
— Ты… идеальный, — мурлыкает она.
Сейчас я не собираюсь спорить с ней. Мой язык прокладывает путь вниз по ее шелковистой коже в ночном воздухе. Она тянет меня за волосы. Она так хороша на вкус. Слишком хороша.
— Я хочу тебя,
— Я еще не готова к этому. Алекс, перестань.
Я отстраняюсь от нее, сажусь обратно и жду, пока мое тело успокоится. Я не могу смотреть, как она поправляет бретельки и скрывает тело. Черт, я слишком поторопился. Я запретил себе слишком возбуждаться, терять голову рядом с этой девушкой. Я провожу рукой по волосам и медленно вздыхаю.
— Прости меня.
— Нет, это ты меня прости. Это не твоя вина. Я завела тебя, и ты имеешь полное право злиться. Слушай, я только что рассталась с Колином, и у меня куча домашних проблем. — Она закрывает лицо руками. — Я так запуталась.
Она берет сумку и выходит из машины. Я иду за ней, черная рубашка развевается позади меня, как плащ вампира или смерти.
— Бриттани, подожди.
— Пожалуйста… открой дверь в гараж. Мне нужна машина.
— Не уходи.
Я ввожу код.
— Прости, — повторяет она.
— Прекрати это говорить. Слушай, я не пытаюсь только залезть тебе под юбку. Я погорячился, и еще этот ванильный аромат, который я готов вдыхать вечно… Черт, я все испортил, да?
Бриттани садится в свою машину.
— Давай наши отношения будут развиваться помедленнее, Алекс? Для меня все это слишком быстро.
— Да, — киваю я.
Я держу руки в карманах и борюсь с желанием вытащить ее из машины. И я сорвусь, если Бриттани сейчас не уедет. Я попал в ее капкан и зашел слишком далеко. Но я забываю обо всем, кроме нее, когда она так близко. Пари. Отношения с Бриттани нужны мне ради спора, и не нужно примешивать сюда чувства. Я должен напоминать себе, что интересуюсь Бриттани только из-за пари. Я не буду обращать внимания на настоящие чувства, которые, подозреваю, у меня к ней появляются. Чувствам в этой игре не место.
Я заезжаю в «Макдоналдс», где я могу остаться невидимкой, переодеваюсь в джинсы и розовый свитер и еду домой. Я очень боюсь, потому что с Алексом все очень непонятно. Когда я с ним, все обостряется. Мои чувства, мои эмоции, мое желание. Я никогда не зависела от Колина, никогда не хотела находиться с ним двадцать четыре часа семь дней в неделю. Мне нужен Алекс. О боже! Я думаю, что влюбляюсь в него. Любить кого-то — значит потерять часть себя. И сегодня, в машине, когда Алекс полез мне под платье, я испугалась потерять контроль. Вся моя жизнь — контроль, поэтому это очень плохо. Это пугает меня.
Я захожу через парадную дверь и собираюсь прокрасться в свою комнату и положить платье в шкаф. К сожалению, мама ждет меня в холле.
— Где ты была? — строго спрашивает мама, забирая учебник по химии и папки. — Ты сказала, что вы будете заниматься с тем мальчиком, Эрнандесом.
Спалилась. Теперь либо молчать, либо признаваться.
— Его фамилия Фуэнтес, не Эрнандес. И да, я была с ним.
Тишина. Мама сжимает губы.
— Понятно, что вы не учились. Что у тебя в этой сумке? — спрашивает она. — Наркотики? Ты прячешь там наркотики?
— Я не принимаю наркотики, — отвечаю я резко.
Она изгибает бровь и указывает на сумку.
— Открой ее, — приказывает она.
Я наклоняюсь, чтобы сделать, что она сказала. Чувствую себя как заключенная.
Я вытаскиваю платье.
— Платье? — переспрашивает мама.
— Я была на свадьбе с Алексом. Его кузина вышла замуж.
— Этот парень заставил тебя врать мне. Он манипулирует тобой, Бриттани.
