— В твоем окружении, не моем. В моих кругах мы говорим так, как есть. И никогда больше не заставляй меня извиняться, будто ты моя мать. Я клянусь, Бриттани, если ты еще раз так сделаешь, мы расстанемся.
О боже! Ее глаза наполняются слезами. Она отворачивается, и я хочу придушить себя за то, что обидел ее. Я тушу сигарету.
— Прости. Я не хотел выглядеть как придурок. Но получилось именно так. Мне просто было неуютно там.
Она не смотрит на меня. Я дотрагиваюсь до ее спины и радуюсь, что она не отшатнулась. Я продолжаю:
— Бриттани, мне нравится тусоваться с тобой. Черт, когда я захожу в школу и вижу тебя в коридоре… Когда вижу эти золотистые волосы ангела, — говорю я, перебирая ее волосы. — Я понимаю, что смогу пережить этот день.
— Я не ангел.
— А для меня — да. Если ты простишь меня, я вернусь и извинюсь перед тем художником.
Она открывает глаза.
— Правда?
— Да. Я не хочу этого. Но я сделаю это… для тебя.
Ее рот изгибается в улыбке.
— Не делай этого. Я ценю, что ты готов сделать это для меня, но в одном ты прав: его картины — полный отстой.
— Вот вы где, ребята, — подходит к нам Сьерра. — Мы уже обыскались вас, голубки. Поехали лучше в домик.
Уже в доме Дуг хлопает в ладоши.
— Джакузи или кино? — спрашивает он.
Сьерра подходит к окну с видом на озеро.
— Я засну, если мы включим фильм.
Я сижу с Бриттани на диване в гостиной и перевариваю тот факт, что этот огромный особняк — второй дом Дуга. Он больше моего единственного дома, в котором я живу. А джакузи? Господи, у богатых есть все.
— У меня нет плавок, — говорю.
— Не волнуйся, — успокаивает меня Бриттани. — У Дуга наверняка есть еще одни для бассейна, он одолжит тебе.
Дуг роется в ящике в поисках запасных плавок.
— Здесь остались только две пары. — Дуг достает узкие плавки и протягивает мне. — Тебе подойдут эти, чувак?
— Они зажмут мне правое яичко. Давай ты их наденешь, а я возьму эти, — предлагаю я и забираю у Дуга боксеры. Я вдруг понимаю, что девушек нет. — Куда они пошли?
— Переодеваться. И пообсуждать нас, я уверен.
В небольшой раздевалке я натягиваю боксеры и думаю о жизни дома. Здесь, на Женевском озере, легко забыть обо всем. Здесь можно не беспокоиться о том, сможет ли тебя кто-то прикрыть. Когда я выхожу из раздевалки, Дуг затевает разговор:
— Ей пришлось много на что пойти, чтобы быть с тобой. Люди уже сплетничают.
— Слушай, Дугги. Я люблю эту девушку больше всего в моей жизни. Я не собираюсь отказываться от нее. Я начну переживать, что скажут обо мне остальные, когда умру.
Дуг улыбается и протягивает мне руку.
— Фуэнтес, думаю, сейчас у нас произошел настоящий мужской разговор. Хочешь обнимемся?
— Не в этой жизни, белый друг.
Дуг хлопает меня по спине, и мы идем в джакузи. По крайней мере, мы начинаем друг друга понимать. Но в любом случае обнимать его я не собираюсь.
— Очень сексуально, малыш. — Сьерра оценивающе смотрит на плавки Дуга.
Дуг ходит как пингвин, переваливаясь, и пытается устроиться поудобнее.
— Клянусь, я сниму их, как только сяду в воду. Они душат мои яички.
— Я тебя не слышу. — Бриттани закрывает уши ладонями. На ней желтое бикини, которое почти не оставляет простора для воображения. Она похожа на подсолнух, который озаряет солнечным светом всех, кто смотрит на нее.
Дуг и Сьерра забираются в ванну.
Я запрыгиваю в джакузи и сажусь рядом с Бриттани. Я никогда еще не был в джакузи и не в курсе правил. Мы будем сидеть и разговаривать или разобьемся на пары и начнем целоваться? Мне нравится второй вариант, но Бриттани нервничает. Особенно после того, как Дуг выбрасывает плавки из ванны. Я морщусь.
— Да ладно, чувак.
— Что? Я хочу еще иметь детей, Фуэнтес. Они мешают кровообращению.
Бриттани выходит из ванны и оборачивается полотенцем.
— Пойдем в дом, Алекс.
— Ребята, вы можете остаться здесь, — предлагает Сьерра. — Я заставлю его надеть плавки обратно.
— Не парься. Наслаждайтесь джакузи. Мы будем внутри, — отмахивается Бриттани.
Когда я выхожу из ванны, Бриттани протягивает мне еще одно полотенце. Я обнимаю ее, и мы идем в комнату.
— Ты в порядке?
— Абсолютно. Я думала, это ты расстроен.
— Мне хорошо. Но… — Я беру фигурку из стекла и изучаю ее. — Я вижу этот дом, эту жизнь… Я хочу быть с тобой, но смотрю вокруг и понимаю, что никогда не впишусь.
— Ты слишком много думаешь. — Она опускается на ковер и гладит пол. — Иди сюда и ляг на живот. Я умею делать шведский массаж. Это расслабит тебя.
— Ты не шведка, — усмехаюсь я.
— Да, ты тоже. Так что, если я сделаю что-то не так, ты никогда не почувствуешь разницы.
Я ложусь рядом с ней.
— Я думал, мы не будем торопиться.
— Разминать спину — вполне безобидное занятие.
Мои глаза бродят по ее телу, прикрытому лишь бикини.
— Я вас знаю. Я был близок с девушками, на которых было гораздо больше одежды.
Она шлепает меня по заднице.
— Веди себя хорошо.
Когда руки двигаются по моей спине, я издаю стон. Что это за пытка! Я пытаюсь контролировать себя, но у нее чертовски умелые руки, а у моего тела есть собственный разум.
— Ты слишком напряжен, — шепчет она мне на ухо.
