— И что вы там храните? — почти промурлыкала Нина невероятно счастливым голосом. — Рекламные брошюры?
Услышав резкий смех мистера Келуэя, я обернулась и увидела, как он запнулся и отступил немного назад, заметив почти похотливое выражение лица вампирши.
— В хранилищах хранятся музейные предметы, еще не подготовленные для экспонирования, а также те, которые мы не хотим выставлять на всеобщее обозрение.
Гленн крутнулся на каблуках, на лице у него появилось раздражение.
— И почему же вы не хотите демонстрировать их? — спросил он агрессивно.
Куратор резко выпрямился и шагнул к Нине.
— Рабовладение отвратительно само по себе, офицер Гленн. А когда в игру вступают деньги, люди с нечеловеческой жестокостью готовы защищать свои инвестиции.
Видно, для хранителя это был больной вопрос, но и Гленн, разозлившись, повернулся к нему лицом и отчеканил:
— Я детектив Гленн. И кто дал вам право судить, что можно выставлять напоказ, а что нет?
Мистер Келуэй, сузив глаза, уставился на крупного мужчину перед собой, но не сдвинулся ни на дюйм.
— Я могу провести для вас персональную экскурсию, и очень сильно удивлюсь, если после нее вы не измените своего мнения.
Опустив глаза на амулет, я направилась в сторону другого коридора. Амулет засветился ярче, пульс подскочил. Нина, заметив мою реакцию, с радостным блеском в глазах подошла ближе.
— Думаю, нам в эту сторону, — сказала я, и мистер Келуэй протестующе замахал руками.
— Там же ничего нет, — удивился он, но амулет утверждал обратное.
Мы двинулись вперед и уперлись в… стену. Ни двери, ни лестницы. Ничего.
— Не понимаю, — произнесла я, уставившись на ровную стену, и вспомнила похожую ситуацию, случившуюся пару месяцев назад в лаборатории Трента. В тот раз мне потребовалось подключиться к лей-линии, чтобы воспользоваться невидимой дверью и пройти в находящуюся за стеной комнату. Но сейчас я не могла этого проделать и, переведя взгляд с зачарованного серебра на Гленна, ощутила, как заболела голова.
Гленн провел рукой по гладкой окрашенной стене.
— Что за ней находится? — спросил он.
Мистер Келуэй на секунду задумался.
— Там хранилище, в котором хранится деревянная хижина.
Гленн напрягся.
— Так наверху выставлен муляж?
— Конечно! — воскликнул куратор.
— И почему вы ее прячете? — наседал Гленн.
На другом конце коридора, прислонившись к стене, стояла Нина и выковыривала что-то из-под ногтей. Типично мужское поведение смотрелось ужасно странно, ведь у нее был идеальный маникюр. Ох, добром это все не кончится.
Мистер Келуэй резко ответил Гленну:
— Я ничего не прячу. Да, настоящая хижина — за этой стеной, но к ней легко можно спуститься на лифте. Если бы вы мне сразу сказали, что нам надо туда, я бы отвел вас, не задумываясь. Следуйте за мной.
Гленн от злости сжал челюсти, и Нина, прикрыв глаза, с наслаждением впитывала его ярость. Отвернувшись, я поплелась за мистером Келуэем в сторону большой блестящей двери лифта. Он демонстративно вставил ключ в отверстие, вызвал лифт и уставился на нас. Кабина, поскрипывая и дребезжа, спускалась вниз. Двери лифта открылись, и я дернулась, увидев огромную кабину, в которой поместился бы и слон.
— Неправильно прятать часть нашей истории в подвале, где никто не сможет ее увидеть, — промямлил Гленн, войдя в лифт следом за мной.
Последним вошел мистер Келуэй и, вставив второй ключ, включил панель.
— Есть несколько причин, почему мы не экспонируем подлинную хижину, детектив Гленн, — произнес он сухо. Мы все ждали, пока панель включится и лампочки на ней перестанут мигать. — Одна из них — сохранение бесценного исторического памятника, а еще мы не хотим навредить ничьей психике.
— Нельзя скрывать от людей правду, — настаивал Гленн.
Тут хранитель разозлился не на шутку.
— Мы ничего не скрываем, — рявкнул мистер Келуэй. Нина поднесла руку к губам, пряча улыбку. — Мы просто не ставим ее на экспозицию! Оригинальные надписи внутри хижины бесценны, но они ужасны. Эти символы похожи на магические знаки, именно их мы и скрываем от людей. Там знаки черной магии.
Все внутри свело от напряжения, и я, переглянувшись с Ниной, заметила, что вампирша тоже мгновенно насторожилась. Черная магия в подвале музея? Может, и в хаосе есть порядок? Многое объясняет.
Разозленный хранитель резко ткнул кнопку, лифт начал опускаться.
— Было решено, что маленькая ложь — копия хижины — лучший выход. Публика может потрагать ее, посидеть в ней, взаимодействовать с ней. Оригинал пришлось бы поместить за стеклом, а значит, лишить людей любой возможности интерактивного взаимодействия с ней, которое несет бесценный опыт, — проговорил мистер Келуэй, и кончики его ушей покраснели. — Сейчас сами все увидите.
Гленн мялся, переступая с ноги на ногу и глядя прямо перед собой.
— Да не может все быть настолько плохо.
По спине побежали мурашки и, обернувшись, я наткнулась на пристальный взгляд Нины.
— За тобой так приятно наблюдать, — пробормотала она, но ее услышали все, и все заметили оттенок соблазна в голосе, исходившего от немертвого, который владел Ниной. — Любая мысль сразу же отражатеся у тебя на лице.
