– Тебя просто не стали тревожить, ты была – как надломленная былинка. А следователь вцепился в твои слова. Потрепал нервы и мне, и Олегу. Он такую чудовищную версию измыслил: Олег шантажировал Лилю, потому что она была беременна не от меня, а Олег узнал об этом и требовал денег.
– Какая гадость! Мерзость какая!
– Да, уж вывалял он нас в грязи. Отвязался только после экспертизы ДНК моего нерожденного мальчика.
Повисла тягостная пауза, полная мрачных мыслей. Юля немедленно стала предлагать ещё чай, угощенье. Юрий Михайлович благодарно улыбнулся жене, принимая чашку из её рук. Ася тоже переключилась на свой кусочек торта. Разговор принял другой оборот.
– Не думай о плохом, – отец ласково похлопал Ася по руке. – Сейчас охрана на уровне, камеры везде, старые деревья выкорчевали, никто не проберется незамеченным. Мой дом – моя крепость. А знаешь ради чего?
– Чтобы вы с Юлей могли в нем спокойно жить.
– Не только мы. Эту новость ты узнаешь первой: у нас будет ребёнок. Сын!
– Ого! – Ася от неожиданности вздрогнула и стукнула о тарелку ножом и вилкой. – Поздравляю! Юля ты так хорошо выглядишь, что я и не подумала.
А сама принялась считать, сколько лет Юле. Получилось – 33, в октябре будет 34. Совсем не молодая для первого ребёнка. «И как я вчера не заметила это самое «пастозное лицо беременной»? Фраза запомнилась Асе из эмоционального рассказа Алины, тогда еще молодой жены Арсения, как они ходили на юбилей его начальника. Беременность Алины была едва заметна, месяцев пять, легко маскировалась одеждой. Алина причесалась, накрасилась, мечтая хорошо выглядеть и повеселиться. Но там нашлась мамаша бывшей подруги Арсения, врач-терапевт. Раздосадованная, что Арсений пренебрег её дочуркой, она всю злость вылила на Алину. В первую же секунду она громогласно объявила: «Ах, узнаю это пастозное лицо беременной. Вы, Алиночка, ребёночка ждёте? Ну, ну, не смущайтесь». И весь вечер «заботилась» через стол. «Арсений, не наливайте Алиночке вино, беременным нельзя. Это сок? Сок – можно». «На копченое на налегайте, Алиночка, угроза выкидыша». «Танцуете? Ну, потанцуйте немного, только не переутомляйтесь». Испортила эта грымза всё настроение. Уже уходя, Алина слышала за спиной её разговор с кем-то из гостей: «А вы не заметили? А я же врач, я сразу заметила это пастозное лицо беременной».
Конечно, Ася не собирается говорить Юле какие-то неприятные вещи. Пастозность – ничего страшного, всего-навсего, слабая отечность. Не каждый разглядит.
– Мы давно об этом мечтали, но были медицинские проблемы. Некоторые ушли, как только мы переехали сюда, за город. Но и сейчас Юле надо беречься. Главное, что я должен в понедельник улететь по делам на неделю, а Юля боится ночевать в доме без меня. Не составишь ли ты ей компанию?
«Ну, да, у беременных бывают страхи и всякие капризы. Лина, помнится, то на селёдку нападала, то уверяла мужа, что родами умрет. И Юля все время ела одни овощи, точнее капусту и помидоры. И выглядит совсем неважно, бедняжка».
– Папа, я, конечно, составлю Юле компанию! А давай так: я с понедельника возьму неделю в счет отпуска, поживу здесь у вас на свежем воздухе. Отдохну, высплюсь, буду бегать по утрам, а днем загорать.
Юля благодарно улыбнулась Асе и взяла себе самый маленький бутерброд с красной икрой.
– Юра, тебе не кажется, что надо для Аси бассейн установить? Чтобы она могла не только загорать, но и купаться.
Юрий Михайлович должен был уехать в аэропорт в понедельник после обеда. Ася решила, что перевезет вещи сегодня же. В субботу летом городские улицы пустеют, все, кто может, уезжают на природу. Быстро собраться не получилось: то нужный купальник не сразу смогла найти, то тапочки решила помыть, то пришлось сбегать за шампунем. Раз уж Ася будет жить в доме отца безвылазно, то надо все предусмотреть: вдруг похолодает или дождь пойдет. Вещей набралось не меньше, чем в двухнедельную поездку в Крым. Ася и собирала их по своему прошлогоднему списку. Сократить удалось только пляжную простыню, пару запасных купальников и широкополую шляпу. Ася упаковала всё в дорожную сумку на колесиках и рюкзачок. В итоге приехала так поздно, что её уговорили остаться переночевать. Ася оговорила сразу, что в воскресенье уедет утром, а вернется в понедельник днем. Надо было отключить и вымыть холодильник, навестить Антона в больнице, а в понедельник с утра взять отпуск в банке.
Асе выделили спальню наверху, рядом с лестницей, на задней стороне дома, приходящая уборщица помыла пол и вытерла пыль. Юрий Михайлович несколько раз предупредил её, что лестница неудобная, слишком крутая и ступеньки из полированного кедра слишком скользкие. Её будут переделывать, а пока Юле категорически запрещено ходить по ней. Поэтому постельный комплект и полотенца пусть Ася сама найдет в шкафу.