«Ты был одержим мной», — возразила она, но собственный язык ее не слушался, и Тег не понял ее неразборчивые слова. Но если бы он понял, то стал бы отрицать. И все же Мерритт знает, что он был одержим, очарован, восхищен ею. Часами, днями, неделями он не думал ни о чем, кроме нее.
Только вот его чувства не продлились долго. Одержимость — а это была именно одержимость, не любовь — исчезла так же быстро, как и появилась. Мерритт жаждет пробуждать более серьезные чувства,
Бенджи и Селеста — идеальная пара. Мерритт хочет того, что есть у них, больше, чем чего-либо еще в этом мире.
Уже очень поздно, и Мерритт приходится прилагать невероятные усилия, чтобы держать глаза открытыми. Она могла бы прилечь на пляже и проспать до самого утра, но если она сделает это, то на рассвете, проснувшись, обязательно увидит Грир. Та будет стоять над ней с неодобрительным выражением лица.
Мерритт, спотыкаясь, бредет к выложенной вокруг дома каменной дорожке, ведущей ко второму коттеджу. Она позволяет себе пофантазировать о том, что Тег ждет ее внутри. А может, он оставил для нее записку или розу, срезанную с куста в саду. Хоть что-нибудь.
Мерритт вскрикивает. Ее ступню прознает грубая острая боль. Она поднимает ногу и вытаскивает осколок стекла из стопы. Мерритт стоит на краю лужайки, там, где милая девочка-официантка уронила поднос с бокалами шампанского.
Все заливает кровь. Мерритт отшатывается и ступает на песок. Теперь в ране застряли песчинки. Ей придется промыть порез, а потом прыжками добраться обратно до дорожки.
Соленая вода должна излечивать все, но Мерритт не ожидала, что будет так больно. Она смотрит вниз и видит, как в воде расплывается облачко крови. По ее щекам снова начинают катиться слезы. Эта девочка, племянница шефа полиции, смотрела на Мерритт с искренним восторгом. Она даже не догадывалась о том, какой бардак Мерритт устроила в своей жизни.
Она беременна. И одинока.
«Все нормально», — думает Мерритт. Она вырастит ребенка сама — едва ли она будет первой женщиной, которой пришлось через это пройти. Возможно, она заведет блог: «Инфлюенсер-миллениал — незамужняя мать-одиночка». Мерритт медленно закрывает глаза. Оставаться в сознании — все равно что тянуть себя за веревку из глубокой темной дыры, но она справляется. Открыв глаза, Мерритт видит серебряный блеск на морском дне в нескольких ярдах от себя.
Ее кольцо.
«Да», — думает Мерритт. Она должна достать кольцо. Это единственный подарок, который Тег ей когда-либо сделал и сделает. Она сохранит кольцо для своей малышки. У нее, безо всяких сомнений, родится девочка. У Мерритт в жизни будет еще много мужчин, но своей дочери она расскажет правду: «Это кольцо мне подарил твой отец. Твой настоящий отец».
Мерритт заходит глубже в воду и нагибается, чтобы схватить кольцо, но случайно отталкивает его прочь. Ей приходится подождать, прежде чем песок осядет на дно и она сможет снова увидеть украшение. Мерритт больше не в силах бороться с сонливостью. Она слишком устала, чтобы стоять прямо, поэтому разводит руки и ноги и отдается морскому течению. Она открывает глаза под водой.
Где кольцо?
Вот оно. Мерритт его видит.
Но, как и любовь, оно находится за пределами ее досягаемости.
Я хочу поблагодарить детектива Тома Клингера из отдела полиции Нантакета за то, что согласился встретиться со мной и объяснить мне всю процедуру расследования. Из-за особенностей романа и временных линий мне пришлось внести в эту процедуру несколько изменений, которые никогда бы не могли случиться в реальной жизни. Но будьте спокойны, Том предоставил мне подробную информацию. Его мать Мари может им гордиться!
Спасибо моему брату Дугласу Хильдебранду, работающему в Национальной метеорологической службе, за то, что объяснил мне, как появляется туман. Он тоже призывает людей всегда «быть готовыми к любой погоде», и с прошлого года я с ним полностью согласна.
Синди Аурис, ты получаешь благодарность за то, что познакомила меня с творчеством Мит Лоуфа в семидесятые. Я пыталась включить песню
Мой редактор Рейган Артур вновь блестяще отредактировала эту книгу. Без доли лукавства говорю вам: эта женщина всегда права. Все начинающие авторы, которые думают, что такой роман легко написать, спешу вам сообщить, что это тяжелая, умопомрачительная работа, которая требует много редактуры и черновиков. Мне повезло, что рядом со мной была умная, вдумчивая Реган, которая провела меня к финальному варианту рукописи.
Спасибо моим агентам Майклу Карлайлу и Дэвиду Форруру из Inkwell Management, я не могу описать, как сильно вас люблю. Вы — мои люди.
Спасибо моему агенту по рекламе Кэтрин Майерс, ты добрая, нежная и терпеливая женщина, око бури моей публичной жизни, и я хочу сказать спасибо за все, что ты делаешь. Прости меня за хаос и за «огромные изменения в последнюю минуту», которыми я знаменита.
