— О! Отлично! Сайя родила, потратила много сил, как раз нужно покормить.
— Родила кто? — переспросил Грей. Причём с таким видом, словно впервые об этих родах слышит.
— Сайя. Мы её, конечно, выпустим, но почему бы не дать временное имя?
В который раз за день герцог Нортеймский застонал.
Я была готова лично отнести еду питомице, но тут Грей принюхался уже не к корзине, а ко мне, и заявил:
— Ари, милая, ты так чудно пахнешь. — Он сделал широкий такой шаг назад. — Нюхал бы тебя и нюхал. Вот только глаза режет.
Очень захотелось обнять Грея и потереться о него своим платьем, но мы не в тех отношениях. Поэтому пришлось ограничиться широким оскалом и заявить:
— Ах, милый, ты у меня такой заботливый. Как я раньше без тебя жила?
Хмыкнул. Прищурился. А потом вдруг случилось чудо:
— Иди, Ариадна. Я, так и быть, сам позабочусь о её корме.
Я сначала не поверила.
Но корзина была тут, зверинец рядом, а Грей предельно серьёзен. Ещё имелся слуга, а вот работника я не увидела — даже встала на цыпочки, чтобы его отыскать.
— Иди, Ари, — уже устало повторил Грей. — Я, конечно, возмущён, но ты сегодня совершила сразу два пусть вопиющих, но всё-таки невероятных поступка. Отдохни, пожалуйста. — И совсем тихо, так что даже я с трудом расслышала: — Отдохни сама и дай отдохнуть другим.
Ари ушла — гордая, прямая, но заметно замученная. Я проводил её взглядом и с грустью подумал о том, что появление в этом замке герцогини лишь добавило проблем. У меня вообще-то рудники и наводнившие их гартхи, а тут… ядовитая собака рожает.
С трудом погасив желание послать всё куда подальше, я повернулся к слуге и велел:
— Рассказывай.
— Да как бы и нечего, ваша светлость, — развёл руками тот. — Корм раздобыл, а идти работником никто не хочет, как ни уговаривал.
Интересно.
— И какова причина?
— Сайгирса этого боятся, — слуга и сам заметно побледнел. — Такого про неё понарассказывали. Сука говорят бешеная. Мол, лучше сдохнуть, чем подойти.
Я покосился на дверь зверинца — м-да, внезапно. Особенно на фоне предложенного за эту работу жалования.
— Ну и что делать? — вопрос риторический, но вслух.
— Не знаю, ваша светлость. Наши-то тоже не согласные, жить всем хочется…
Да, помню. И в целом могу заставить, но есть ли смысл играть в тирана из-за такой мелочи? Моё положение и без того не слишком устойчиво, а сайгирс, если всё сложится, пробудет в зверинце всего несколько дней.
— Хорошо, — буркнул я. Покосился на корзину и стянул с себя камзол. — Скажи, чтобы сюда притащили соломы.
Слуга побледнел ещё больше и даже осмелился спросить:
— Вы что же… сами будете?
— Нет, — огрызнулся иронично. — Заставлю любимую жену. Пусть ухаживает за ядовитыми собаками вместо медового месяца.
На сей раз слуга покраснел, но не важно. Приподняв плетёную крышку, я взял несколько больших кусков дурно пахнущего мяса и направился обратно в зверинец. Нужно всё же покормить монстра и, в идеале, закинуть в клетку соломы. Почему-то постелить её сразу никому и в голову не пришло.
Солому кидал всё-таки не я, а двое перепуганных конюхов под моим присмотром.
При этом открывать клетку мы не стали — парни накидывали подстилку через прутья, под непрерывный грозный рык.
Сайя, как называла самку Ариадна, прятала под тщедушным телом щенка и смотрела так, что хотелось осенить себя защитным знамением. Покидая зверинец, облегчение испытали абсолютно все.
Чуть позже у меня состоялся разговор с управляющим замка. Два года назад, когда я наконец избавился от наместника, именно управляющий стал моей правой рукой. Он не только следил за замком и имуществом, но практически каждый день отсылал письма, где подробно рассказывал обо всём, что происходит в герцогстве. Вторым источником информации был командир моей гвардии — он писал реже и, как правило, о другом.
Но ситуацию в городе описывали оба, поэтому я был в курсе возникновения так называемого «питомника». Но за всеми делами я о нём и не вспомнил. Этот вопрос был из числа тех, что отложены на потом.
Сегодня я пожелал услышать историю появления сайгирсов ещё раз, но не узнал ничего нового.
Всё произошло в целом банально. Почти год назад Кривой Бони с дружками прочёсывал границу с Мёртвой землёй — есть у некоторых местных такое увлечение. Они искали что-нибудь интересное и в итоге наткнулись на тварей.
Сильно испугались, но быстро поняли, что хищники изранены, в очень плохом состоянии. Сайгирсы и другие обитатели пустоши к нам обычно не заходят, не вредят, поэтому и награды за них нет — не имело смысла добивать.
Подумав немного, Бони с дружками скрутили кого смоги и отволокли в город — в ангары, которые принадлежали одному из шайки. Спустя пару дней у этих ангаров появились ещё несколько раненых монстров. Хотели вызволить стаю, но тоже оказались в клетках. А Бони стал думать как бы это добро применить.
«Питомник» не был питомником, там никого не разводили. Зверей содержали в клетках, кормили какой-то дрянью и выставляли на собачьи бои.
