– Ха, этого и самуё беднуё Максимиллиану не зналу. Но я говорю о кое-чем ином: что де ля Рош во время того штурма сумелу перенести на свои Поля часть содержимого Полей «Гнозис». Потом Максимилиану удалось открыть и расшифровать, кроме прочего, рапорты из нашего Колодца Времени. Там ону вычиталу о тебе; а индексировалу тебя довольно высоко уже во время свадьбы: ону также полагалу, что ты представлял собой резервную цель покушения, вторую после меня; что это не была случайность. Потому ону проконсультировалусь с другими заговорщиками. После неудачной атаки время страшно их поджимало, это уже была спираль решений – они высчитали, что следует идти на все. Хм, понятное дело, я многое пропускаю, поскольку все это – словинцы и верх Кривой.
– Откуда Мешок?
– От какой-то инклюзии, до которой мы, полагаю, еще не добрались.
– Вы остались технологически позади, – покачал головой Замойский. – Нехорошо.
Это изрядно позабавило Джудаса:
– Ты имеешь в виду «Гнозис»? Ты не знаешь, о чем говоришь.
– О чем говорю? Они обладают технологией Мешков, мы – нет.
– Не путай категории: это Цивилизация.
– Не понимаю.
– Анжелика тебе не объясняла Законы Прогресса?
– Нет.
– Что ж. Поверь мне на слово. Мы не остались позади.
– «Мы» – это значит кто?
– Я говорю. Цивилизация.
Джудас заметил выражение лица Замойского. Отставил тарелку, вздохнул, вытер губы.
– Видишь ли, «Гнозис» это не просто торговая фирма, у нее нет цели зарабатывать деньги, хоть я и признаю, управляемся мы неплохо. «Гнозис» – существенный элемент Базового Договора; без «Гнозиса» не могла бы существовать Цивилизация. Любой контакт с Деформантами и другими Цивилизациями должен происходить при нашем посредничестве. Любая информация, которая могла быть размещена на публичных Полях Плато Цивилизации HS, должна быть одобрена нами. Любая новая технология, прежде чем будет внедрена в Цивилизацию, должна обладать
– Погоди-погоди, что ты, собственно —
– У меня и правда нет времени, чтобы —
Адам не вынес бы очередной протекционистской выволочки. Махнул рукой.
– Неважно, – проворчал он и отвел взгляд. – Впрочем, из всего этого вытекает, что и акция де ля Рошу была результатом ложной интерпретации утечки из будущего.
Стахс выставил указательный палец, сознательно выбирая позу ментора.
– Потому что всегда нужно быть осторожней с интерпретациями. Из самой природы Колодца следует отрывочность информации. Но даже будь она совершенно… Мы ведь знаем, что Колодец есть не только у нас. Я уже не говорю о Деформантах и других Цивилизациях – но множество наших независимых инклюзий запустило где-то в Эн-Портах Колодцы Времени. Они получают из них данные, переваривают их, принимая во внимание в своих решающих играх. Что, в свою очередь, отражается и на нас. Четырнадцать СИ «Гнозиса» не делают ничего другого, а лишь обсчитывают деревья вероятностей этой системы взаимных сопряжений «завтра – сегодня – завтра». Спрашиваешь, причина ли ты войны? Ха!
Замойский допил кофе, откинулся на спинку стула, упер руки в столешницу.
– В одном де ля Рош былу праву: ты все же как-то меня программируешь. Иначе, зачем нужен этот разговор? Ты не должен был ничего такого мне говорить. Я тоже не должен ничего тебе рассказывать: можешь поговорить с моими чистилищными симуляциями, или как оно там зовется. Тогда что? Что такого ты хочешь получить? Информацию? Не думаю.
– Ты все это произносишь вслух.
– Знаю. Для тебя. Вот что я думаю о том, как оно было на самом деле… – Адам водил кончиком пальца по краю стола. – Вот что я думаю… За это время, на протяжении этого года, ты получил очередное сообщение из Колодца, Колодца «Гнозиса», Горизонталистов или другого. Ты получил, верно? Ты сделал из него выводы и вдруг решил добиться моей симпатии. Но поскольку некто вроде тебя не может просто подружиться с кем-то вроде меня… Ты начал с этого завтрака. Возможность, впрочем, сама представилась, – Замойский громко вздохнул настолько же отрешенно, насколько с неудовольствием. – А все остальное – просто вата.
– Да-да, конечно, – рассеянно согласился Джудас. – Ты заметил, что мы называем друг друга по имени? – он вытер руки и отодвинулся от стола. – Если ты так проницательно разобрался во мне, то наверняка настолько же быстро вговоришь в себя отвращение ко мне, да? Наверняка тебе удастся. О, они уже вернулись. Пойдем, пойдем, несчастная жертва моего дружелюбия.
Это страшно: Замойский ощутил в этот миг, что и правда мог бы подружиться с этим мужчиной. Что он хотел этого.
Они сошли с террасы и двинулись к конюшням. Обошли восточное крыло, пройдя по берегу пруда. (Тут я бросал камни.)
