Она погладила Рейну по щеке, провела по ее волосам, и ее взгляд заставил Рейну бояться. Она почувствовала, как ее желудок сжался, будто он вот-вот вывернется наизнанку.
– Мам?..
– Рейна, у тебя не может быть детей.
– Да, я знаю.
– У Аурелии тоже не могло их быть. Благословенные не могут иметь детей. Поэтому тебя должна была выносить я.
Рейна тяжело сглотнула.
– Но я не понимаю…
– Идеальность не свойственна природе. Это просто так не работает, – объяснил Болт. – Поэтому Благословенные возникли неестественным путем. Вас просто создали. Вы не должны были существовать. Ваше создание было огромной ошибкой человечества.
– Создали?.. – Рейна почувствовала горечь на кончике языка. Ей казалось, будто она сидела в неуправляемой лодке. Она летела по реке прямо в бездну, которая вот-вот ее поглотит, и ничего не могла с этим поделать.
– Тихо, Болт, – зарычала Шторми. – Не думай ни о чем, моя дорогая. Ты моя дочь.
– Ты ошибка. – Болт, кажется, понял, что́ нужно говорить, чтобы задеть Рейну.
– У Благословенных не может быть детей, потому что их придумали не для того, чтобы они долго жили. Поэтому они проводят эксперименты с суррогатными матерями, чтобы те вынашивали их потомство. Не настоящих детей, а искусственных созданий, составленных из их генетического материала. Они имплантируют искусственно оплодотворенные яйцеклетки в тела нескольких женщин, но часто эмбрионы отторгаются. Их тела защищаются от искусственных существ, которых в них вселяют, потому что каждая клеточка их тел знает, что это существо не должно жить.
Это то, что происходит в Пещере Ангелов? Эксперименты, в ходе которых женщин используют как инкубатор?
– Как ты думаешь, что они делают с женщинами, у которых происходит выкидыш? – перебил ее Болт, но не дожидался ответа. – Их убивают, чтобы никто не мог раскрыть их жуткую тайну. Ваша жизнь построена на чужих костях.
– Я тебя родила, – прошептала Шторми, посмотрев на свою дочь со всей любовью, которую она только могла выразить. – И я очень рада этому.
– Как тебе удалось сбежать со мной? – прохрипела Рейна.
– Меня постоянно обследовали МедБоты и врачи. Тиберий часто приходил ко мне, чтобы убедиться в том, что ты хорошо развиваешься. Но Аурелия…
Казалось, Шторми было тяжело говорить об этом, ее голос дрожал, будто он мог просто сломаться в любой момент.
– Отношения твоих родителей были разрушены. Тиберий все чаще бывал со мной и даже не пытался скрыть это от Аурелии. Для нее было величайшим унижением то, что ее ребенка вынашивает возлюбленная ее мужа. Она требовала, чтобы моя беременность была прервана. Я знала, что Аурелия никогда тебя не полюбит. Но я, я тебя полюбила. С первого взгляда. Я не хотела отдавать тебя им, просто не могла.
– Поэтому ты сбежала.
– А еще потому, что ты хотела спасти себе жизнь, – сухо добавил Болт.
– Ты ничего не понимаешь, – зарычала Шторми, и в ее глазах вспыхнул боевой дух, который так нравился Рейне.
– Было сложно, потому что мне нельзя было покидать Пещеру Ангелов. Тиберий защищал меня и никого ко мне не подпускал, потому что, конечно, никто не должен был меня видеть. Это ведь у Аурелии был ребенок, а не у меня. Пока она показывала миру свой накладной живот, меня круглосуточно охраняли. Это был кошмар. Я даже не знала, что будет со мной после родов и оставят ли меня в живых, как обещал Тиберий.
– И как ты сбежала?
– С помощью удачи и Аурелии.
– Аурелии?!
– Она увидела, что я спрятала скальпель. Но ничего не сказала. Она, наверное, надеялась, что я просто исчезну из их жизни. Я подралась с охранником и убежала.
– Но не к нам, – прокомментировал Болт, прищурившись.
– Потому что Шипы не принимали Рейну. У них была к тебе только ненависть и предрассудки. Я хотела, чтобы тебя полюбили.
Голос Шторми дрожал, и Рейна знала, что никогда не любила никого больше, чем свою мать.
– Почему, мама, – прошептала Рейна, – почему ты сейчас к ним вернулась?
– У меня не было выбора. Благословенные хотят моей смерти, и я должна спрятаться. Поэтому я отыскала Шипов и предложила им информацию в обмен на защиту.
– Ты им все рассказала?
– Не только для того, чтобы защитить себя, но и для того, чтобы защитить тебя. Они обещали, что не причинят тебе боли, если я буду им помогать.
– Ты была объявлена в числе причастных к теракту в Авентине.
– Зато с тобой ничего не случилось, моя дорогая. Все, что я делаю, я делаю ради тебя.
– Мы держим свое слово, хотя ты и не заслужила этого. Ты обязана была рассказать нам обо всем шестнадцать лет назад, – вмешался Болт, вставая на ноги. Он не просто упрекал ее, он был злым и обиженным, хотя и пытался это скрыть.
– Из-за тебя Благословенные продолжают ставить эксперименты на людях и использовать их в качестве машин для родов. После Рейны родилось множество Благословенных. На твоей совести смерти всех этих суррогатных матерей. Не забывай об этом.
– Я знаю, – пробормотала Шторми, и ее руки затряслись. Рядом с Болтом она была не тем бойцом, которого знала Рейна, не тем беспощадным штормом.
