Зал для занятий немного отличался от предыдущих. Тут были высокие окна, не затянутые бумагой, отчего солнечный свет заливал помещение, а на стенах висело множество иероглифов. Дверь открылась, вбежал кругленький человечек в длинном халате с широкими ниспадающими рукавами. Его волосы были затянуты в кривой пучок на затылке, и ото лба уже начали расти залысины. Он кинул принесенную пачку бумаг на свой стол и громко крикнул:
– Кануфа!
По расписанию стоял урок по изучению языка страны Божественной черепахи. Но я надеялся, что нам хотя бы немного подскажут перевод слов. Учитель быстро-быстро застрекотал на чужом языке, Ян из клана Цянь поднялся и ответил ему, затем еще один парень, две девушки-лучницы и Мэй присоединились к нему. После небольшого диалога все эти ученики спокойно вышли из класса. Оно и понятно. Зачем им тратить время на язык, который они и так неплохо знают? Мы с Теданем обреченно переглянулись.
С урока мы выползли измотанными. Оказалось, этот учитель, господин Донджин, сам был родом из страны Божественной черепахи, по-нашему он говорил не очень понятно и с жутким акцентом. Он не любил повторять одно и то же и старался все время говорить только на своем языке. Я еле успевал записывать за ним, Тедань же сдался в первые полчаса и под бесконечные трели Донджина старательно выписывал два выученных иероглифа, из которых состояло его имя.
Затем неожиданно учитель замолчал и вышел из зала. Так я понял, что урок закончился.
– На самом деле, я не удивлена, что в Академии преподают этот язык, – пояснила Мэй за обедом. – Во всех состоятельных семьях изучают какой-нибудь язык из стран старой империи, но чаще всего именно Божественной черепахи.
– Это из-за войны? – спросил я.
– Не только, хотя и из-за нее тоже. Просто с тем государством у нас самые тесные связи: торговые, политические, магические.
– Но с учителем Донджином понять что-либо невозможно. Он говорит так быстро и непонятно, ничего не переводит, и у него жуткий акцент.
– Кажется, что Академия нас подталкивает к совместной работе. Задание по магии сделать легко, если каждый из сорока человек попробует хотя бы по три варианта сцепок, а по отдельности не хватит никаких запасов Ки. Я могу помочь вам с языком, но в любом классе есть люди, которые владеют им в совершенстве. Боевые искусства можно тренировать после уроков, и если ходить вместе, будет проще отыскивать ловушки.
Мэй потерла лоб и продолжила.
– Нам будет тяжелее всего. Другие команды живут в одном месте, им легче собраться, легче подружиться. Те, кто изначально был готов к сотрудничеству, бросили свои постройки. У нас же остались только чудаковатые ученики с высоким самомнением, с желанием жить по-своему, отдельно. И, что хуже всего, у нас нет явного лидера. Был шанс у Цянь Яна, но та девочка разрушила его репутацию. Кто пойдет за парнем, проигравшим какой-то крестьянке? Шен, может, ты станешь лидером?
– Смеешься? – удивился я. – Какой же я лидер? С таким-то талантом?
– Если смотреть только на природные способности, то я должна возглавить группу, но кто станет слушать девушку в кресле, которая даже меч поднять не может. Ты же, как я поняла по твоему рассказу, один из лучших копейщиков. Почему нет?
– Даже не представляю, с чего начать? Тоже приставать к ребятам, как делал Ян?
– Лидеры бывают разные, – улыбнулась Мэй. – Можно стать им при помощи личной силы, но каждый раз придется доказывать власть кулаками. Можно через запугивание, тогда кулаками будет работать, например, Тедань. А можно стать тем человеком, к которому будут прибегать за советом. Вот у нас в клане есть глава, который любит громко покричать, командовать слугами и всюду восхвалять себя. Но со сложными вопросами все идут к старейшине Чу. Это седой скрюченный старичок живет в угловом домике и обожает подстригать деревья в садике. Если он скажет хоть слово, глава клана в тот же день лишится своего звания.
– Значит, ты тоже прекрасно справишься с этим!
– Нет, – улыбнулась Мей, – у меня есть один большой недостаток: я – женщина. Я могу направлять и подсказывать, но не командовать. Ладно, я подумаю насчет уроков по черепаховому языку. Могу порадовать: иероглифы у них те же, что и у нас, и значения такие же, только читаются по-другому.
На урок под таинственным названием «Учение о Ки» пришло больше слушателей. Наверное, некоторую часть ловушек уже обезвредили или всё же начали пользоваться заклинанием. В вошедшем мужчине с первого взгляда можно было угадать учителя. Статный, среднего роста, в длинном голубом халате ученого, с усами и короткой узенькой бородкой, он словно пришел из сказок. Приветливо улыбнулся.
– Добрый день, прекрасные ученики Академии. Меня зовут Рутений (в переводе с китайского – ученый. Далее в тексте – Рутений). И я счастлив познакомить вас с необъятным миром Ки.
Он спрятал кисти рук в широких рукавах и начал расхаживать по залу между столиками.
