– Интересно, как получилось, что сейчас каждый хочет стать исполнителем? – заговорил Стэнли. – Даже не обязательно больше уметь петь. Пару лет назад мне подогнали оригинальные записи одного артиста до того, как их «подтянули». Иисусе, это ж кошмар какой-то! – Он не удовлетворился кивками спутников и добавил: – Хотите знать, чей был альбом?
– Нет, спасибо, – покачал головой Джон Мор.
– Я перестал слушать новую музыку в девяносто девятом году, – тоже отказался Окс.
– Вы двое такие же балбесы, как и газетчики, которым я предложил эксклюзив. Раскошелился при этом на пять штук за записи, между прочим. Так мне все ответили то же самое: «Неинтересно».
В это время из отгороженной занавесью задней части помещения появился парень чуть за двадцать, потирая плечо.
– А я могу спросить еще кое-что? – осведомился Окс.
– Спросить-то можете, – бросив на него взгляд искоса, ответил Джон Мор.
– Как это работает? Ну, с татухами?
– Ладно, расскажу, но только если пообещаете больше не интересоваться здесь опасными вещами. – Великан ответил лишь тогда, когда убедился, что никто их не подслушивает. – Знаете ту сцену из «Крестного отца», где все к нему приходят и просят об одолжении?
– Ага, – кивнул Окс.
– Ну вот и у нас так же, только взамен получаешь знак на коже. Мы называем это обязательством. Размер и прочее зависят от того, насколько серьезную услугу попросили. Владелец прав на взыскание долга может через татуировку связаться с заемщиком и потребовать расплатиться.
– Что-то вроде ссуды? – поинтересовался Стэнли.
– Вроде, но не совсем. Чаще всего требуется не финансовая компенсация.
Окс не удержался и покосился на руки великана, сплошь покрытые разными наколками.
– Некоторые татуировки – всего лишь татуировки, – улыбнулся уголком губ Джон Мор.
– И право на взыскание могут продать? – наклоняясь к нему, уточнил Стэнли.
– Так не положено делать, – ответил собеседник, снова обводя подозрительным взглядом караоке-бар. – Но да, некоторые всё же так поступают. В основном же это просто способ гарантировать честную сделку между сторонами. Хотя отдельные личности превращают подобные договоры в бизнес.
– Типа гангстерское ростовщичество? – спросил Окс.
– Лучше не использовать это слово, – предупредил Джон Мор, затем заметил, как Нэнси выглянула из-за занавеси, подзывая их, и торопливо добавил: – И вообще никакие. Молчите, чтобы наверняка. Помните о нашем соглашении.
Окс и сам не знал, что ожидал увидеть в отгороженной части зала, но реальность оказалась разочаровывающе обыденной. На диване сидели двое мужчин, а перед ними на столике стояли бокалы с недопитым пивом.
Первым заговорил платиновый блондин в кепке и хлопчатобумажной рубашке по фигуре. Растительность на его лице была аккуратно подстрижена, придавая вид мушкетера из романа в жанре стимпанк, если можно так описать.
– Малыш Джон! – поприветствовал незнакомец с сильным манчестерским акцентом. – Чем обязаны чести тебя лицезреть?
– Мистер Ферри, – пожал протянутую руку Джон Мор, после чего кивнул компаньону собеседника, мужчине с длинными черными волосами и определенно куда более кудлатой бородой. – Райли.
– Как там поживает Марго? – вежливо поинтересовался брюнет.
– По-старому.
– Передавай ей от меня привет.
– Присаживайтесь, присаживайтесь, – пригласил Ферри, и троица гостей заняла места напротив него. – Будете пить? – Получив согласие, он сделал знак Нэнси, и та беззвучно растворилась за занавесью. – Не представишь мне своих друзей, Джон?
– Это Окс и Стэнли, они работают в «Странных временах».
– Ты привел сюда журналистов? – Ферри застыл неподвижно, не донеся руки до бокала, и пронзил Джона Мора недовольным взглядом.
– Все не так, как вы думаете. Даю слово.
– Что ж, ладно, – слегка расслабился Ферри, возвращаясь к напитку. – Тогда как же?
– Этой ночью на них напали двое из братства Сефрам. По крайней мере, они себя так называют.
– Этого братства больше не существует, – прокомментировал блондин, бросив короткий взгляд на Райли.
– Я так и сказал, но оба нападавших носили балахоны, а на лице одного красовались разноцветные четверти.
– Это еще ни о чем не говорит, – нахмурился брюнет.
– Не спорю, – кивнул Джон Мор. – Но вот в чем дело: на коже мужчины, с которым встречались те двое, имелся знак долга перед вами.
– Мне кажется или наша дружеская беседа перестает быть дружеской? – угрожающе наклонился вперед Райли.
– Не обязательно. Я явился сюда не для выяснения отношений, а в поиске ответов.
В разговоре образовалась пауза, заполненная бурными овациями из другой части зала, когда исполнение песни Footloose получило незаслуженно теплый прием.
– Тебе-то что за дело до всего этого? – наконец поинтересовался Ферри.
– Тот упомянутый мужчина по имени… – Джон Мор многозначительно посмотрел на Окса.
– Дариус Уильямс.
– Так вот, он нанялся выполнить одну работу для «Странных времен». Но это служило только прикрытием для нападения.
– Нападения какого рода? – уточнил брюнет.
– Неважно. Вы знаете правила. Газету и ее сотрудников никто не должен трогать.
