– Но потом объявилась та блондинистая коротышка со стрижкой, как у жены политика, – при этом весьма точном описании доктора Картер помощница редактора усмехнулась. – В общем, она дала мне свою визитку и приказала забыть все, что здесь творилось. Конечно, при условии, что убытки возместят, включая полное восстановление чертового органа и переоснащение кинотеатра, с окнами и прочим. И как вишенка на торте: эта фифа будет бесплатно защищать нас в суде.
– Отличная сделка, – кивнула Ханна, поднимая бокал для тоста.
– Точно. Особенно если учесть, что я и правда ни фига не помню. Короче, оставлю тебе бутылку.
Не слушая протестов, Ронни так и поступила, а потом удалилась, весело насвистывая.
По крайней мере, хоть кто-то был счастлив. Предыдущая беседа Ханны с детективом-инспектором Стерджессом оставила после себя крайне смешанные ощущения. В основном замешательство. Потому что в этот раз он видел появление ручных штурмовиков доктора Картер и говорил с ней в довольно резком тоне, узнав о ее должностных обязанностях, лежавших далеко за гранью адвокатской практики.
– Похоже, именно доктор Картер отдавала приказы моему начальству, и в итоге я работал на нее, – сообщил потом Стерджесс Ханне.
– Ты воспринял эту новость очень спокойно, – заметила она.
– Я и так понимал: творится что-то дурно пахнущее. Но теперь знаю это наверняка, – пожал он плечами. – Звучит не слишком логично, да?
– Теперь тебе известно абсолютно все?
– Что ты имеешь в виду? – с подозрением взглянул на собеседницу Стерджесс. – Есть что-то еще, что я должен знать?
Ханна так и стояла с застывшей на лице улыбкой, так как не могла придумать, что говорить дальше. Больше всего хотелось выпалить: «Доктор Картер поместила в твой мозг ужасный глаз-паразит, позволяющий ей видеть все, что видишь ты». Но, по словам Когза, Стерджесс мог умереть еще до конца предложения, поэтому помощница редактора просто молча стояла и улыбалась.
– Насчет другого вопроса, – после паузы смущенно продолжил Стерджесс.
– Какого? – уточнила Ханна, увидела, как взрослый мужчина краснеет не хуже школьника, все поняла и отмахнулась. – А, не бери в голову.
– Нет, я хочу все прояснить… Просто мне… Я… Я посвящал работе много времени и… не встретил… до этого момента… подходящую девушку…
– Конечно.
– И я…
– Да.
– Но мне…
– Ясно.
– И все же я…
В итоге Ханна поцеловала Стерджесса, просто чтобы заставить его замолчать. И потому что давно хотела это сделать. Но в процессе мозг-извращенец подсунул ей образ ужасного глаза-паразита, вращающегося на стебельке, растущем из головы детектива-инспектора. Этот образ побудил девушку отстраниться.
– Значит, вопрос прояснили, – резюмировала она.
– Точно, – улыбнулся Стерджесс. – Было очень… приятно. Даже отлично.
Все-таки краснеющий как школьник мужчина представлял собой довольно милое зрелище.
– Наверное, мне пора, – продолжил он. – Нужно идти договариваться с женщиной, возглавляющей незаконную частную армию, насчет того, как объяснить случившееся моим боссам из полиции Манчестера. Ну и широкой общественности.
– Звучит сложно, – возвращая улыбку, прокомментировала Ханна. – Ты в порядке?
– Вовсе нет. Даже не могу выразить, в каком я ужасе от всего произошедшего сегодня, и, думаю, потрачу еще немало времени, чтобы получить ответы на кучу вопросов, но все же намерен пока не дать городу погрузиться в полный хаос.
– Отличный план.
– Кроме того, – добавил Стерджесс, – сокрытие преступлений и участие в заговорах с власть имущими – именно то, ради чего я вступал в ряды правоохранительных органов.
– Конечно, – кивнула Ханна. – И мой тебе совет: если хочешь получить новый полицейский жезл или что там тебе нужно, то сейчас самое время это просить.
– Так все и начинается, – рассмеялся Стерджесс.
Он отправился совещаться в тесном кружке с доктором Картер и без приглашения втиснувшимся туда же Бэнкрофтом. Ханна же ощутила внезапный приступ страха за оставшихся в редакции коллег, но быстро развеяла его, позвонив Грейс и получив заверения, что все в порядке, хотя Гибсон и сбежал, после чего устроилась в кабинке с бокалом вина.
Бэнкрофт плюхнулся на диванчик напротив, ловко подхватил оставленную Ронни бутылку и осушил ее наполовину, прежде чем опустить обратно на стол, громко рыгнув и утерев рот рукой.
– Предпочитаю виски, но выбирать не приходится.
– Итак, все улажено? – спросила Ханна.
– Полагаю, да. Сатана и непорочная Дева Мария сейчас там придумывают для публики легенду.
– Поверят ли ей?
– Проглотят как миленькие, – отмахнулся Бэнкрофт, читая название на этикетке бутылки. – Когда другого выбора нет, берешь что дают. Конечно, видео с моментом смерти той бедняжки представляет собой проблему, но, к счастью, мы живем в прекрасные времена. С помощью технологий возможно подделать всё и объяснять правду намного проще.
– Понятно, – кивнула Ханна. – Значит, все хорошо?
– Не-а. Все ужасно. Но поздно беречь вино, когда бочка пуста.
– Ага.
Несколько секунд они сидели молча.
– Прости, – наконец сказала Ханна.
– За что именно?
– Я… использовала тебя и твою ситуацию, чтобы убедить духа.
