Утро врывалось в комнату, скользя тонкой полосой по сонным векам. Весеннее утро всегда выглядело странно. Джимми отвесил тяжелые шторы, впуская яркие лучи солнца в свой бетонный квадрат. На улице было так тихо. Даже мелкие облака, разрезающие небо, не издавали звуков, отдаваясь полностью природе великолепных красок. Этот голубой купол, казалось, обнимал всю планету, согревая ее нежными поцелуями палящего солнца. Зима сдохла. Она не оставила даже следов, захлебываясь в кровавых потоках, пульсирующих сквозь замерзшие вены. Теперь весна художник серых дней. А впереди пять месяцев кипящей ненависти. Дороги, истоптанные сотнями пар ног, превратились в канавы, наполненные грязью и сточной водой. Усталые деревья шатались в такт легкому ветерку, который ласкал каждый сантиметр города, убаюкивая его под теплые сонаты марта. И что нового было этой весной? Да все по-старому. Лишь ненависть, пробивающаяся через грудь Джимми, увеличилась в разы, заставляя парня ненавидеть кристаллики лучей мерзкого солнца. Наверное, парень слишком сильно привык к мрачным оковам. Совсем скоро этот город получит дозу ярких красок, утопая в удовольствии эйфории. И поверьте, ему уже плевать на ваши жизни. Он расцветает, чтобы вновь принести вам осеннюю смерть на чистых листах с примесью золота и крови. Вкус горячего чая обжигал десна, а густой никотиновый дым смешивался со сладким ароматом весны, который врывался в квартиру через приоткрытую форточку.
Тепло. Впервые за несколько месяцев Джимми горел внутри. Лишь предательское солнце, которое было так отвратно для парня, разрезало пустоту, выманивая людей из бетонных блоков, как время ланча вытягивает гиен из своих пещер. Неужели эти улицы вскоре будут забиты смехом, криками, взглядами? Казалось, Джимми боялся сделать даже шаг к остановке. Так много людей. Парню пришлось около часа стоять в ожидании того, когда уйдут все эти лица.
Большое здание сияло окнами, пропуская через себя взгляды новых прохожих. Джимми остановился неподалеку, чтобы принять очередную дозу никотина, которая по малейшим частичкам убивает его организм. Странное чувство. Волны непонятного страха били в грудь парня, оставляя на ней капли стыда. Сигарета тлела, а стрелки часов подходили к назначенной минуте. Впервые в своей жизни Джимми мог почувствовать сладкий привкус страха. Парень прокручивал в голове множество вопросов, которые задают эти лживые маски, старался подобрать к ним ответы. Стоило ему представить тот кабинет, тех людей, закованных в его мрачные объятия, сердце молодого человека разгоняла свои стуки, словно пропуская через себя совершенные крупицы тока. Эти вопросы, мысли внутри чужих голов, сотни выдуманных насмешек. Джимми тяжело дышал. Каждая ступенька на пути к кабинету, будто клавиша рояля, выбивала свой звук минорного марша. Затем дверь, и спина парня скрылась за деревянным заграждением.
Джимми стремился, как можно быстрее, покинуть здание. Голову взрывали тысячи мыслей, оставляя лишь противный запах боли. Перед глазами летели взгляды, улыбки молодой помощницы, те ужасные вопросы, покидающие пасть начальника, чтобы разбиться об сжатый воздух. Джимми весь трусился, стараясь сильнее стиснуть зубы. Из небольшой ранки на губе текла кровь. Голова кружилась, выстраивая новые препятствия молодому человеку, заставляя его сильнее опираться на стены. На улице пахло свежестью, которая уже давно испачкана кровью грязи. Джимми не понимал, что происходит. Казалось, органы вырвутся наружу, уничтожая все на своем пути. Боль проникала глубоко в голову, вырезая мысли, оставляя их подыхать и ждать последнего выстрела. Молодой человек готов был сорвать с себя кожу, чтобы освободить поток крови! Джимми наконец-то остановился на большой аллее, которую скрывали пышные хвойные великаны. Парень старался закурить сигарету, но у него не получалось, благодаря тому, что его руки тряслись, словно верхушки тонких деревьев трепещутся под напором ветра. Боль, проходящая сквозь легкие, душила молодого человека изнутри, заставляя склоняться над железной урной, предназначенной для мусора. Глаза слезились, но через них все так же мелькали картины долгого собеседования, ухмылки, жуткие гримасы и молчание парня, доводящее до безумия. Рвотная масса, убивая все на своем пути, запачкала урну. Джимми выплескивал зеленую жидкость, перемешивая ее с багровой болью. Казалось, вместе с рвотой, молодой человек избавлялся и от ужасающих мыслей, которые крутили его разум, сжимая и пытая каждую клеточку. Боль пронзала организм. Джимми был готов упасть на колени. Чувство, словно кто-то выбивает из него мысли! Он опустил тело на лавочку, из глаз сочились слезы, а в руке уже тлела сигарета. Его глаза, закрытые влажной пеленой, были направлены куда-то в небо, выше всех этих облаков, туда, где еще не существуют люди. Он никак не мог понять, что ему пришлось пережить в течении этих минут. Незабываемый шок, который сможет уничтожить самые мерзкие желания организма.
