Июль умирал. Август врывался в мир, как разъяренный зверь. И если его инстинкт убивать, чтобы насытить свой организм, то июль был чем-то вроде жертвы. Острыми клыками последний месяц лета вгрызался в его горло, окрашивая пасть в кровавый цвет, показывая планете свой злобный оскал, хищную натуру, способную лишь выживать, чтобы потом сгнить в осеннем листопаде пряного воздуха. Мир затаился под величественным рыком жаркого зверя, чтобы вылить грусть в золотых листьях. Оставалось только ждать. Люди думали о начале работы, учебы, наслаждались теплыми лучами, цепляясь за них из последних сил, едва касаясь кончиками пальцев. Еще несколько дней, и Джимми будет рядом с той, которая дарила ему море тепла. Намного больше, чем ваше глупое солнце. А если откровенно, то Саманта и была тем солнцем, которое так долго искал парень, той мечтой, что врывается в мир, разрисовывая небо великолепными звездами. Стопка купюр лежала на столе, словно ключ от райских ворот, как коридор из жизни в смерть, когда человек видит все кадры прошлых лет, обретая смысл своего существования. Жить, чтобы увидеть эти метры – это и есть смысл, который вы искали веками. Чуть дальше жизни, чуть ближе смерти.
Вокзал, билет, пирон – все это было таким привычным, добрым, радостным. Тяжелые колеса поезда скрипели по рельсам, врываясь оглушительным свистом в уши ожидающих людей, способных увидеть мельчайшие детали массивных составов. И как их много? Людей, которые уезжают из родных мест. Учеба, работа, семья. Тысячи причин, чтобы покинуть сонный маленький город и окунуться в мир постоянного движения, в совершенно другую картину, где роботы заполняют талый воздух, чьи сердца уже давно заменили металлические моторы, а чувства превратились в простые алгоритмы эмоций. Теплое место в углу вагона, музыка, которая ласкала слух, холодные лица пассажиров. Джимми расслабился, прикрыв усталые глаза. Казалось, он чувствовал своим телом, как поезд набирает скорость, чтобы выплюнуть молодого человека рано утром в вакуум столицы.
Тысячи мыслей кружили голову, а голос, который постоянно преследовал парня, затаился, словно боялся произнести и слово. Джимми перебирал буквы, воспоминания, но ни о чем не жалел. Интересно, когда люди поймут это? Сожаление о моментах жизни говорит лишь о том, что человек не счастлив в этот миг, в этот год. Ведь, каждое событие несет в себе движение шестеренок, которые запускают механизм существования. Без смерти не было бы жизни, без мира не было бы войны, без уродства не родится красота. И если вы жалеете о моментах, то просто слишком глупы, чтобы понять все величия линии жизни. Тогда, видимо, пришло время изменить весь этот поток вокруг, раздать карты заново. Но, когда они поймут это? Чтобы быть счастливым, перестань сожалеть о жизни. И как только люди смогут это понять, мир изменится в своем великолепном танце под луной.
Джимми так и не сомкнул глаз. Наблюдая в окне уже знакомые высотки, памятники, суету автомобилей, парень все ближе подъезжал к вокзалу, чтобы выйти в этот город роботов, спуститься в метро, затем, снова электричка, и он, наконец-то, окажется рядом с Самантой, которая будет его ждать, считая бесконечные минуты.
Солнце выглядывало из-за горизонта, одаривая мир своими лучами. Джимми не любил солнечную погоду, но в этот день ему было наплевать. Ведь, буквально через час, он увидит свою любовь. Морозный утренний ветерок обдувал лицо, принося с собой свежесть и новые мысли. Музыка блокировала звуки городской суеты, а подошвы кроссовок медленно и нежно царапали тротуарную плитку. Вагоны, метро, электрички. Джимми смотрел в каждое окно, устало переводя глазами, искал отличительные моменты, чтобы запомнить их навсегда, внедрив в самые глубины разума. Девушка уже ждала на станции, а молодой человек оплачивал билет, взяв его из рук пожилого контролера. Улыбка сияла на его лице, и, казалось, все эти прохожие, лишенные чувств и эмоций, так сильно завидовали парню, что готовы были разорвать плоть, лишь бы стереть счастливую ухмылку с его физиономии. Насколько сильно им надоели маски, которые они надевали каждое утро, закручивая тяжелые винты, чтобы ветер не сорвал металлические эмоции? И смогут ли эти люди снять с себя камуфляжную броню, отдаться чистой ненависти общества, найдя в ней наслаждение? Вряд ли. Уж слишком долго их зомбировали телевидение, интернет, общественные рамки и чужие мнения. Увы.
Саманта смотрела на, проходящие мимо, электрички, стараясь уловить знакомое лицо, тот родной силуэт, который мчит к ней на всех парах, лелея огромную любовь в груди. Джимми уставился в окно, считая каждый километр, читая каждую вывеску, каждый знак. Еще совсем чуть-чуть.
Станция. Огромный поток людей хлынул из вагона, словно вода, которая прорвала дамбу, затапливая чудесный мир. Джимми стоял около дверей, ожидая последних пассажиров, чтобы спокойно выйти из электрички, без толкотни и слов. Солнце уже подогрело морозный воздух, а ветер затих, оставив миру лишь биение сердца.
