— Напротив! — всплеснула руками Наташка. — Сейчас у молодежи появились очень большие деньги! Все эти тиктокеры и блогеры зарабатывают больше топ-менеджеров! Они уже наелись материальной роскошью и начинают смотреть в область духовного. Им будет очень близки молодые художники, хулиганящие в элитных автосалонах!
— Думаете?.. — Филипп поднял бокал с вином, но не стал пить, лишь держал его на весу, задумавшись. — Я, кстати, видел рилсы с пареньком, который дестроит «Бентли» на камеру. Позовем его?
Официант тем временем принес чай и щедрую порцию тирамису, а вот с моим заказом снова не торопился.
Но есть мне не хотелось — интересно было и так.
С Наташкой мы познакомились, когда я искала необычные картины для оформления дома одного известного певца. Заглянула в арт-галерею недалеко от дома, надеясь найти что-нибудь атмосферное среди работ художников, которые еще не прославились настолько, чтобы их картины могли бы вложением денег. Проще говоря — чтобы стоили дешевле наших отделочных материалов.
И там она захватила меня в плен своим энтузиазмом. Он проявлялся даже сейчас — как она ни старалась играть роковую соблазнительницу перед привлекательным мужчиной, огонь в ее глазах вспыхивал ярче всего, когда она говорила о художниках-хулиганах.
Я тихонько ковыряла артишок и любовалась двумя откровенно увлеченными своим делом людьми. Они оба с места включились в обсуждение деталей сотрудничества, генеря идеи на ходу.
— Нет, у «Бентли» другой имидж, — говорил Филипп, безжалостно терзая сырое мясо на тарелке. — А вот «Ламборджини», пожалуй, будет в тему дерзости и молодости. Вера, а вы как считаете?
Я не ожидала вопроса от него.
В современном искусстве я разбиралась мало. Все, что знала, было заслугой Наташки, которая таскала меня на самые интересные выставки.
— Вера у нас не специалист! — вмешалась она, явно недовольная тем, что внимание сместилось на меня. — Она картины и скульптуры она выбирает так, чтобы по цвету к обоям подходили, а в автомобилях понимает еще меньше. У нее даже своей машины нет.
— Скоро будет! — возмутилась я. — Вот сдам на права — и сразу куплю!
Я вообще не планировала вмешиваться в их странный флирт, но такое откровенное пренебрежение не смогла стерпеть даже из принципа.
— О, как интересно! — развернулся ко мне вместе со стулом Филипп. — Уже выбрали марку? Хотите, порекомендую что-нибудь? Я как раз специалист.
— Ой, нет, не стоит беспокоиться! — я даже засмеялась. — «Бентли» и «Ламборджини» — это не мой вариант.
— А что ваш? — серьезно уточнил он.
— У меня совсем другой уровень, — призналась я. — Либо новый китаец, либо подержанная.
— Но ведь у вас наверняка есть машина мечты… — проницательно сощурил стальные глаза Филипп. — Я прав?
— Да, конечно, — кивнула я. — Но и она мне не по карману.
— Покажите.
И снова этот приказной тон, которому подчиняешься раньше, чем слова доходят до мозга.
Я достала телефон и открыла галерею фотографий — и только тогда застеснялась. Потому что машина моей мечты, хоть и стоила больше моего самого отчаянного бюджета, все равно не дотягивала до «Бентли».
— Вот… — смущенно улыбаясь, показала я свою прелесть. — Цвета шампанского… С панорамной крышей, с автопарковкой, с белым салоном… Я влюблена!
— И сколько не хватает? — полюбопытствовал Филипп, глядя, как я листаю на экране фотографии машины моей мечты.
— Шестьсот тысяч… — вздохнула я. — Это уже с учетом, что я возьму в долг у всех, кого смогу уговорить.
— Хм-м-м-м… — Филипп еще несколько секунд рассматривал фото на экране моего телефона, а потом отложил вилку и нож и перевел взгляд на мою подругу: — Наталья, мне кажется, вам уже пора.
Это вот что такое сейчас было?!
Я несколько ошеломленно наблюдала, как Наташка молча, с застывшей на лице улыбкой, собирается, нервно перекладывая телефон из одной руки в другую.
Надевает сумку на плечо, бормочет что-то похожее на прощание. И, так и не взглянув на меня, уходит.
Я растерянно оглянулась ей вслед. Наверное, надо тоже уйти?
Какая-то идиотская ситуация.
Начала вставать, но дорогу преградил официант, который будто бы не заметил, что помешал мне. Ловкими движениями он расчистил место на столе, забрав недопитый облепиховый чай, и расставил тарелки с художественно выложенным тартаром из… креветок? Я успела забыть, что за странное блюдо заказал мне Филипп.
Подняла на него глаза, встретилась с его пронизывающим стальным взглядом…
И поняла, что не хочу уходить.
Да, Филипп Завадич повел себя совершенно возмутительно. Так нельзя обращаться с людьми, тем более, с женщинами.
Но глядя на этого вальяжного хищника, демонстративно наблюдающего за моей реакцией, я поймала себя на безумном любопытстве.
Кто он такой?
Зачем он это сделал?
Чего хочет?
Что собирается делать дальше?
Любопытство это было сильнее всех правил приличия.
Поэтому я осталась.
Тем более, меня ждали три разноцветных тартара на трех пестрых блюдцах, украшенных брызгами соуса, которыми повар явно пытался передать какое-то художественное высказывание.
Это надо есть? Выглядит красиво, но…
— Вам не нравится? — проницательно спросил Филипп.