От его стейка уже ничего не осталось, и он медленно тянул густое темное вино из бокала, откинувшись на спинку стула.
— Честно говоря, не люблю термически необработанные продукты, — призналась я.
— Слишком осторожны? — усмехнулся он. — А я вот люблю все сырое и дикое — мясо, рыбу, устрицы… чувства. Необработанное, не измененное. Такое, как появилось на свет в живой природе.
— Каждому свое, — пожала я плечами.
— «Jedem das Seine», — с лязгающим немецким акцентом перевел он. — Знаете, где это было написано? Над воротами Бухенвальда.
У меня никак не получалось нащупать правильную интонацию в разговоре с Филиппом Завадичем. В любом другом случае я бы уже попрощалась и ушла, но он слишком меня интриговал.
Холодный стальной взгляд, подавляющая энергетика и низкие нотки в голосе, пробирающие до самых костей.
Завораживающая харизма хищника.
Такие, как он, питаются такими как я. В живой природе.
И от этого захватывает дух, как на американских горках.
Ощущение опасности — но такой… контролируемой.
В конце концов, что может со мной случиться посреди столицы в людном месте?
— Чем вы занимаетесь, Вера? Я правильно понял, что вы не коллега Натальи?
Он сам выбрал тон дальнейшей беседы, свернув с пути провокации.
Почему-то меня это разочаровало.
— SMM-менеджер, — я назвала самую скучную версию того, чем занималась сейчас.
Еще недавно я могла бы заинтересовать его, выпендрившись своей должностью «менеджера по эмоциональному опыту для клиентов». Таких клиентов, как он — неприлично богатых людей, которые выбирают себе квартиру не по принципу «поближе к метро» и «на что хватило».
Моей задачей было так оформить безрассудно дорогую недвижимость, чтобы подобные Филиппу Завадичу пресыщенные богачи захотели купить десятый пентхаус просто потому, что там какой-то особенный вайб. Тщательно созданный мной.
Филипп разглядывал меня, склонив голову и будто бы чуть-чуть свысока.
Еще бы — на его фоне SMM-менеджер даже не рыба, а так — планктон.
Не лань — не добыча. Мышь-полевка, которую леопард даже не заметит, случайно раздавив мягкой лапой во время погони за кем-нибудь повкуснее.
— Вера, вы замужем? — вдруг спросил он.
Я подавилась кашлем пополам со смехом.
Официанту пришлось поспешить ко мне с бокалом воды, но я отдышалась раньше.
— Нет, — ответила честно и снова засмеялась.
— Смешной вопрос? — удивился Филипп лениво.
Он качнул в ладони бокал с вином, густая словно кровь жидкость плеснула на стенки.
— Немного, — призналась я. — Разве такие вопросы задают в лоб? Надо как-то аккуратно узнавать!
— Например?
— Например, не ждет ли меня кто-нибудь дома, а то мы уже припозднились.
— Действительно, — склонил голову Филипп, и в его глазах мелькнуло странное выражение. — Вера, мы как-то припозднились. Вас кто-нибудь встретит?
— Вы намекаете, что ужин пора сворачивать?
— Я предлагаю подвезти вас домой, раз вы явно не планируете есть сырую рыбу. Машины у вас пока нет, так что могу предложить свои услуги.
Я замешкалась, вновь сбитая с толку.
Он выгнал Наташку, но зачем? Если мы не просидели и получаса после ее ухода.
«Трио тартаров» я действительно есть не собиралась, а вот артишок… Все-таки доела под ироничным взглядом Филиппа.
И тут же поднялась из-за стола, намеренно не дожидаясь, пока он сделает это первым.
Знание этикета — обоюдоострая штука. Нарушая его, можно подавать определенные сигналы. Правда, это работает только в случае, если и спутник с этикетом знаком.
Филипп сощурился и чуть-чуть более поспешно, чем собирался, встал следом за мной. Бросил несколько крупных купюр на стол, ускорил шаг — и успел-таки открыть передо мной дверь.
Причем даже не стал делать замечание, что я собиралась сделать это сама. — за это ему плюсик. Слишком часто я встречалась с «джентльменами», которые обожали позанудствовать, что леди нынче не дают им проявить галантность.
— Сюда, — направил меня Филипп к припаркованной у ресторана машине. Яркий свет фар ударил в глаза, и я не сразу осознала, дверцу какой машины он открыл передо мной.
Это был золотистый «Майбах».
Роскошный, огромный, сияющий.
Новый.
С сиденьями цвета топленых сливок.
Так вот почему он так отреагировал на фото машины моей мечты!
Мы сошлись во вкусах. Только его мечта была на порядок шикарнее.
Я обернулась и окинула Филиппа взглядом, заново его оценивая.
Почему-то вспомнился женский стендап, который я недавно смотрела.
«Он возит тебя не просто так! Тебе придется с ним за это переспать!»
«Подождите, давайте разберемся. У него «Порше Панамера», у него шесть кубиков пресса, у него трешка в центре… ЕМУ придется со мной переспать!»
Не знаю, что насчет кубиков пресса, но серо-голубая рубашка Филиппа не топорщилась на животе — уже неплохо.
Не знаю, что насчет трешки в центре… Разве что «трешка» — это трехэтажный дом. Хотя подобные ему клиенты предпочитали покупать целый этаж в небоскребе. Три этажа.
С машиной все понятно.
Остальное же…