— Навуфитевь! — прогремел басовитый голос основателя. Статуя словно ожила, нахмурилась, но выговорить слово «нарушитель» не смогла, так как во рту была рука этого самого нарушителя.
Но теперь статуя была переполнена энергией, потому она с новой силой стиснула челюсти, и… у нее выпал зуб.
— Ой! — удивился гость. — Прости, но вставить обратно не смогу… Это не в моей компетенции. Да и вообще, не нарушитель я никакой, уставом кормить тебя не запрещено!
Некоторые ученики успели заметить, как из-под капюшона сверкнули две зеленые вспышки, а лицо статуи тут же поменялось.
— Эмм… Ну ладно, показалось, наверное, — пожал плечами основатель. — Этот человек достоин!
— Она говорящая! — взвыли старейшины, что даже никогда не слышали о подобном и не догадывались, что так можно.
— Это всё прекрасно, — гость повернулся к ним. — А мне как руку-то доставать?
— Ну… Вообще, по идее, никак, — развели они руками. — Она должна была либо откусить, либо не смыкать челюсти. Тут только два варианта, так что извини.
— Вообще, я слышал, что еще статуя может объявить тебя новым ректором академии, — хохотнул старейшина.
— Так мне проще ей голову оторвать, — пожал плечами «нарушитель» и снова посмотрел на статую.
— Фтой! Пхе! Теперь ты новый ректор академии! Ураа-а-а! Поздравьте его с назначением! — завопила статуя. — Всё по протоколу, так и запишите! И чтоб никто не спорил с моим решением, вам понятно?
— Совсем другое дело, — отряхнул руки от вековой пыли гость и снял капюшон. — Ну что? Всё законно, как вы видите. И спасибо за радушный прием, я это очень ценю…
Вот как-то так я и стал ректором академии. Слышал, что у них какой-то сложный тайный ритуал для этого дела есть, но даже не думал, что всё будет настолько легко и просто.
Даже размышлял над вариантом взять штурмом это место, пусть его и считают неприступным. Вот только неприступность академии заключается в двух немаловажных факторах. Во-первых — сюда хрен доедешь, во-вторых — это никому не нужно. Вот и все.
— Да он тут даже не учился! — послышался яростный крик из зала. — Вы чего? Какой еще ректор? Он даже не маг земли!
— Джованни! — рыкнул я. — Ты на чьей вообще стороне? Я тебя для поддержки взял, а ты что делаешь?
— Мне просто за магию земли обидно! — насупился он.
Впрочем, даже после его выкриков никто с решением артефакта спорить не стал, так что никаких проблем не возникло и я смог спокойно пообщаться с местными руководителями.
— Сразу хочу сказать, что по пути сюда я изучил ваши правила, — все-таки правил у них, не сказать, чтобы много. Один голубь легко унес всю книжку с правилами, и прочитал я их буквально за полчаса. — Так что я могу быть кем угодно, если ваша ссыкливая статуя меня признает. Теперь покажите, где располагается мой кабинет и я приступлю к своим новым обязанностям.
Оказалось, что не только статуя у них ссыкливая. Все остальные ровно такие же. Но это же маги земли, они всегда любят правила, вот и сейчас даже при желании не смогли бы спорить со мной. У меня, и правда, всё четко и ни один из пунктов устава не был нарушен.
И пусть все они пребывали в полнейшем шоке, но меня действительно проводили в мой кабинет и разошлись по своим делам. А точнее, приходить в чувства и пытаться осознать случившееся.
И вот, сижу я в уютном каменном кресле с подогревом, кручу кубик-рубик из камня. Правда, это непростой кубик-рубик. Он за каждое неверное движение пытается убить тебя, из него вырываются острые шипы и пронзают ладони. Но от этого даже интереснее! Тем более, что все его попытки убить меня не увенчались успехом.
А пока я кручу кубик в руках, в академии царит настоящий хаос. Люди, то и дело, проносятся мимо дверей моего кабинета, а голуби докладывают, что в зале совещаний сейчас какая-то вакханалия. Старейшины орут, учителя орут, ученики бегают и орут. Все орут, а статуя стоит и плачет.
Все спорят друг с другом, ругаются, и никак не могут понять, каким образом такое могло произойти. Не знают, что делать с этим и как исправить. Ведь законы надо чтить, а они гласят, что если статуя выбрала тебя, значит, ты достоин и нельзя спорить с её решением.
И вот, наконец, шесть магистров, из которых статуя и должна была выбрать нового ректора, решили заглянуть ко мне в кабинет и поговорить.
— О! Хорошо, что вы пришли! — обрадовался я и положил на стол собранный кубик.
— Что? Вы справились с этим артефактом? Его нам вверил сам основатель и заявил, что трогать его запрещается! Иначе — смерть! — удивились они.
— Да ладно, забавная игрушка, — махнул я рукой. — Лучше скажите мне, чего нужно делать, будучи ректором? А то я, если честно, не собирался заступать на эту должность.
— Хах! — расхохотались магистры. — Решать наши проблемы, ректор! Вот и всё!
— А как умер прошлый ректор, кстати? — поинтересовался я. А то об этом история умалчивает.
