— Ты не доставляешь мне хлопот, Франческа, — произнес мужчина своим низким вкрадчивым голосом.
Она взглянула на четкий профиль своего спутника, освещенный огоньками приборной доски. Ее здравый смысл подсказывал, что нужно вежливо поблагодарить Джека и отослать его восвояси. Это было единственно верным решением в данной ситуации. Меньше всего на свете Франческа хотела смешивать профессиональные и личные отношения. Она не могла позволить себе увлечься Слоаном, особенно теперь, когда его объятия были свежи в памяти. Здравый смысл подсказывал ей, что не стоит забывать о его должности. Разве шеф полиции оставил бы беспомощного человека замерзать на заснеженном склоне? В это невозможно было поверить.
— Джек, я очень ценю твое участие, но настаиваю на своем решении. Отвези меня в пансион. Ты и так потерял из-за меня кучу времени.
Он притормозил на светофоре и в упор посмотрел на нее:
— Я дал слово.
Женщина прижала палец к губам:
— А я никому не скажу.
Он с мольбой протянул к ней руки, отпустив руль:
— Я дал слово.
Его слово, очевидно, было на вес золота.
Загорелся зеленый сигнал, но автомобиль не сдвинулся с места.
— Либо едем к тебе, либо назад в больницу. Выбирай, Франческа.
Она бросила взгляд через плечо, надеясь, что стоящие за ними автомобили будут сигналить и это заставит Джека поторопиться, но улица была пуста.
— Я хочу выйти, — нахмурилась она.
— Франческа, неужели ты думаешь, что я упущу возможность провести с тобой ночь?
— Джек Слоан!
Он весело засмеялся, явно наслаждаясь тем, что полностью контролирует ситуацию. Ей пришлось уступить, про себя проклиная этого заносчивого упрямого мужлана.
— Только не в больницу, — прошептала она. Он ничего не ответил, просто молча поправил зеркало заднего вида и нажал на педаль газа.
Чтобы усмирить вихрь чувств, вызванный сидящим слишком близко мужчиной и нарушить напряженное молчание, Франческа вытащила из держателя мобильный телефон Джека и набрала номер Габриэль. Ей требовалось вспомнить, что возникшее между ней и этим мужчиной взаимное притяжение не имеет будущего. Джек был холостяком, она — разведенной матерью-одиночкой, чья дочь была слишком впечатлительной и нуждалась в материнском внимании и заботе.
— Все в порядке? — спросил Слоан после того, как Фрэнки закончила разговор. — Я удивлен, что ты звонишь так поздно.
Он говорил как человек, у которого нет детей-подростков.
— Сейчас чуть за полночь и пятница. Конечно, моя дочь еще не ложилась.
— А бабушка?
— Крепко спит на кушетке. У нее тоже был насыщенный событиями день. Оказывается, она выиграла в автомате «Счастливая семерка» двести долларов.
— Тогда она, должно быть, рада, что все же поехала в Атлантик-Сити. А что там с лазаньей?
— Ликвидирована, к моему огромному облегчению. А Нонне Габриэль заявила, что съела все до последнего кусочка, так как умирала от голода.
— Ловкая девочка.
—
Но еще больше Франческу пугала легкость, с которой она сейчас рассказывала почти постороннему человеку о делах своей семьи. Определенно она играла с огнем.
Открыв дверь в особняк, женщина поняла, что, помимо головной боли, усталости, разнообразных синяков и нервирующего присутствия Джека, ей предстоит выдержать еще одно испытание.
— У тебя всегда дома так холодно? — поинтересовался мужчина, входя в дом вслед за Франческой.
— Очевидно, Габриэль, уходя, уменьшила нагрев, но он не должен быть ниже шестидесяти восьми градусов [1].
— По моим ощущениям, здесь несколько холоднее.
— Отдохнуть мне сегодня не удастся, да? — простонала Фрэнки, включая свет в прихожей.
— Посмотрим, что можно сделать.
— Мой герой!
Джек улыбнулся ей, заставив ее сердце забиться быстрее. Она провела его в подвал, где было холодно, как в морозильной камере, и, искусно маневрируя между коробками с пожитками Нонны, подвела его к панели управления термостатом.
— Вот черт! Как холодно! — выругалась она, и ее голова заболела еще сильнее. Ее солидный жизненный опыт не мог помочь при поломке центрального отопления.
Мужчина заставил ее посторониться.
— Чувствуй себя как дома, — произнесла Франческа, с облегчением перекладывая бремя ответственности на его плечи.
Чинить оборудование — мужское дело. Он покрутил несколько рычажков и нажал несколько кнопок, которые она сама ни за что не решилась бы покрутить и нажать из опасения взорвать особняк.
— Вот черт! — В отношении к внезапно закапризничавшему термостату он был абсолютно с ней солидарен.
— Отопления не будет?
— Не будет, — подтвердил он угрюмо. — Не хотелось бы признавать поражение, но я ничего не могу сейчас сделать. Этот прибор доживает последние дни. Утром надо позвонить Харви Стоктону, может, он починит.
Женщина с радостью приняла этот план:
— Видимо, тебе все же придется отвезти меня в пансион, Джек. Я достаточно мерзла сегодня.
— Это была хорошая попытка настоять на своем, — весело произнес он. — У тебя есть камин?
— Если ты отвезешь меня в пансион, то сможешь спокойно вернуться в свой уютный теплый дом… где бы он ни находился.
— В квартиру, — поправил он. — Я живу на площади.
