Вновь оказавшись в своем кабинете, она никак не могла отделаться от мыслей о Джеке. Итак, он стал шефом полиции? Она представляла его скорее первоклассным хирургом с мировым именем или успешным адвокатом. В школе он всегда демонстрировал великолепные результаты в учебе. Франческа думала, что таких людей ожидает большое будущее.
Затем она вспомнила, с каким вниманием Джек слушал ее рассказ о пансионе, и поняла, что он неспроста выбрал профессию, в которой важно умение общаться с людьми. Она снова и снова ломала голову над загадкой, как такой парень умудрился влюбиться в Карен Ковальски. Франческа резко тряхнула головой, отгоняя воспоминания о прошлом, которые так сильно влияли на ее настоящее.
Кому как не ей знать, что люди взрослеют и меняются? Наверное, Джек сейчас женат на Карен и у них шестеро детей.
Но он не носит обручального кольца. «Что в действительности совсем ничего не означает», — упрямо подумала она. Ее бывший муж Ники снимал кольцо, когда ему это было выгодно, но она, к несчастью, поняла это слишком поздно.
Мысли о Джеке жгли Франческу изнутри. Она-то думала, что годы, прожитые с Ники, сделали ее невосприимчивой к мужским чарам. Видимо, она ошибалась.
Солнце зашло несколько часов назад, а Джек только сейчас пришел на тренировку. Не то чтобы ему очень хотелось заниматься спортом именно сегодня, но он уже три дня не был в тренажерном зале, задерживаясь на работе допоздна. Все правоохранительные и патрульные службы в районе Катскилских гор работали бок о бок с шерифом, обеспечивая безопасность местных жителей. В любое время дня и ночи Джек Слоан первым спешил на место преступления.
Несмотря на это, он любил свою работу, ее разнообразие и непредсказуемость. Ни один день не был похож на другой. Каждый раз, когда Джек входил в управление или брал трубку мобильного телефона, он с радостью принимал новый вызов судьбы и выполнял свои обязанности в рекордно короткие сроки. Кто еще обладал удивительной способностью находить верное решение двадцать четыре часа в сутки, умудряясь еще выкраивать время на шестичасовой сон?
Слоан отер полотенцем пот с лица и шеи и подошел к скамье, где лежали его гантели. Несомненное преимущество ночной тренировки состояло в том, что он получал зал в полное свое распоряжение и не терял времени даром, простаивая в очереди к тренажерам. Поэтому шеф полиции ходил только в гимнастический зал «Питбуль» Тома Ценсулло, открытый круглосуточно семь дней в неделю. Однако для некоторых консерваторов ночные тренировки приравнивались к тяжким преступлениям.
— Знаешь ли ты, что в такое время нормальные люди сидят дома перед телевизором? — Знакомый голос неожиданно нарушил неспешный ход мыслей Джека.
Удивленный, он посмотрел в ту сторону, откуда донесся звук, и увидел своего отца.
— Хочешь сказать, что я ненормальный?
Отец бросил полотенце на соседнюю скамью.
— Какие новости? — спросил он.
— Никаких.
Пожав плечами, отец сел на скамью, прислонив к ее ножке бутылку с водой.
В юности Джек считал отца самым непримечательным и лишенным чувства юмора родителем на планете. Только повзрослев, он научился замечать и ценить другие его качества.
Ричард Слоан, главный юрисконсульт компании «Фортуна-500», был настолько же серьезным и консервативным, насколько его жена была взбалмошной. «Противоположности притягиваются», — привык Джек думать о своих родителях. Его отец и мать были колоритной парой и отлично дополняли друг друга.
Мама Джека родилась и выросла в Верхнем Ист-Сайде, респектабельном районе Манхэттена, в благополучной семье, больше заботившейся о том, чтобы справиться с подростковым бунтом дочери, нежели о том, чтобы попасть на страницы светской хроники.
Предком его отца был один из горняков — основателей Блустоун-Маунтина. Будучи молодым человеком, Ричард не сразу сумел сбежать из родного городка. Наконец, он уехал на Манхэттен, где получил сначала диплом по юриспруденции, а затем завидную должность в той компании, в которой он трудится и сейчас, спустя почти сорок лет. На Манхэттене он познакомился и со своей будущей супругой, которая настояла, чтобы своего единственного сына они растили в здоровой атмосфере Катскилских гор. Отец каждый день ездил в Нью-Йорк на работу.
— Что ты делаешь здесь так поздно? — удивился Джек.
— Твоя мама сегодня проводит акцию по сбору средств на благотворительные нужды, поэтому она остается в городе.
— Но ты вернулся домой?
Отец округлил глаза, и это служило верным признаком того, что вернулся он против воли.
— Гас-Гас нездоров.
Это объясняло все. Гас-Гас был любимой восемнадцатилетней мальтийской болонкой его матери.
— Разве Микаэла не может за ним присмотреть?
— Твоя мама отменила бы мероприятие, если бы я отказался приглядывать за псом. А у губернатора в расписании ни одного свободного окошка в ближайшие полгода.
— Так она не пожелала оставить Гас-Гаса на попечение Микаэлы?
Экономка семьи Слоан не отличалась любовью к собакам.
— Мама боится, что Микаэла не услышит, если пес начнет задыхаться. Наша экономка относится к его преклонному возрасту без должного почтения.
