— Как же это?.. — растерянно пробормотала себе под нос Брил, собирая разбросанные по столу ленточки и оберточную бумагу. Неожиданно из обрывков вылетела маленькая открытка.
Брил покрутила ее в руках, однако чувство долга и воспитание победили любопытство.
Она поднялась из-за стола и пошла к кабинету мисс Томпсон. Трижды постучала.
— Войдите, Брил, — сказала Элен, угадав по привычному стуку, кто к ней пожаловал.
— Мисс Томпсон… я хотела выбросить упаковку, но… — Брил протянула Элен открытку. — Я не читала, но думаю, что это прилагается к подарку.
— Спасибо, Брил. Не было надобности напоминать о своей порядочности и честности. Я и так о них знаю. В противном случае вы не стали бы моей правой рукой и незаменимой помощницей.
Элен развернула открытку и, отпустив Брил, прочитала:
«Самой великолепной и верной женщине на свете. Пусть эти часы станут свидетелем прекрасных мгновений в вашей жизни и хранителем дома и семьи».
Элен улыбнулась и, выдвинув верхний ящик стола, положила туда новую записку. Четыре предыдущих послания были столь же невинны по содержанию и столь же теплы по интонации и настроению.
В первом незнакомец приносил самые искренние извинения за беспокойство, которое причиняет своими знаками внимания деловой женщине. Во втором послании он уже клялся в любви и вечной преданности. А в третьем обещал заботиться о ней и окружить ее теплом, лаской и вниманием, на какие только может быть способен человек. От Элен требовалось одно: позволить любить и обожать себя.
После белого медведя, букета роз и коробки любимых с детства шоколадных конфет Элен готова была действительно поверить в любовь незнакомого мужчины. Более того, тайна, которой была опутана вся эта история, не только не отпугивала ее, но, напротив, завораживала и интриговала настолько, что Элен пошла бы уже на все, только бы выяснить, кто ее тайный поклонник.
А если порассуждать логично? — подумала она. Цветы и конфеты — самые распространенные презенты. А вот что касается каминных часов… Кто мог знать о том, что в моем доме есть камин? Элен задумалась, перебирая в уме всех друзей и знакомых, бывавших в ее сиднейском доме. Народу набиралось довольно много, поскольку иногда и клиенты приходили к ней. Кому могло быть известно о том, что в родительском доме были подобные часы? Вот этот вопрос уже посложнее. Круг «подозреваемых» сузился настолько сильно, что от него остался один центр в лице самой Элен и ее матери. Были еще школьные друзья… но все они — кроме одного человека — остались в городе ее детства.
Более того, Элен давно порвала все связи с родным городом. Вся ее жизнь в последние десять лет сосредоточилась в Сиднее. К своему стыду, Элен даже мать навещала редко и нерегулярно, ограничиваясь еженедельными телефонными разговорами.
Пронзительный звонок телефона вырвал Элен из паутины мыслей.
— Алло, — подняв трубку, произнесла она.
— Мисс Томпсон, снова приходил посыльный, — прощебетала Брил.
Видимо, все это ее забавляло и веселило. Элен оставалось надеяться, что ее секретарша не станет делиться своей радостью со всеми работниками шестидесятипятиэтажного муравейника.
— Зайдите, — велела Элен и положила трубку.
Не прошло и минуты, как Брил была уже в ее кабинете с новым подарком от незнакомца.
— Посыльный снова не сказал, кто сделал заказ? — деловым тоном спросила Элен, взяв из рук секретарши плоский предмет.
Брил отрицательно покачала головой и с любопытством вытянула вперед шею, чтобы лучше рассмотреть, чем на этот раз решил удивить ее начальницу поклонник.
Элен развернула подарок.
— Сонеты Шекспира, — ответила она на немой вопрос застывшей в изумлении секретарши.
— Стихи? — чуть презрительно уточнила Брил.
— Божественные сонеты, — тихо проговорила Элен, открыв оглавление и проведя пальцем по списку в поисках любимого сонета.
— Я могу идти?
Элен не ответила, и Брил, почувствовав себя лишней, вышла из кабинета, оставив начальницу наедине с великими творениями гения.
Элен печально вздохнула, уже собираясь закрыть книгу, как заметила рядом с любимым сонетом надпись: «Я всегда буду рядом».
Она вздрогнула и едва не выронила книгу из рук. Откуда мужчина, приславший ей книгу, узнал о том, что она прочитает сначала именно двадцать девятый сонет? Кто он? Маг, волшебник, умеющий читать мысли на расстоянии?
Кто же он, кто?! — готова была кричать во весь голос Элен. Кому могло быть известно о ее одиночестве и мечте о любви?