– Одна победа за нами. Остается одна. – Она садится рядом со мной. – Тай-Тай, сколько дядя Рай собирается набрать сегодня вечером?
Она вскидывает руки.
– Сто!
– Сто? Какая ты уверенная.
Преуменьшение года. Тейлор Зандерс настолько уверена в себе, насколько это возможно, но в равной степени и мила.
– Да, и они выиглают так же, как выиглывает папа.
– И как выиграл дядя Рио, – вмешивается Рио, занимая стул по другую сторону от меня. – Не забывай обо мне, Тэй.
– Дядя Лио не забил.
Новый комик нашей семьи отлично справляется с тем, чтобы держать нас в смирении, и я не могу удержаться, посмеиваясь над нашим другом. Рио редко забивает. Он делит синюю линию с Зандерсом. Для защитника нетипично быть лучшим бомбардиром в команде, но Тейлор редко напоминает своему отцу после игры, что он не забил, как она напоминает Рио.
– Да, Тэй, дядя Рио давненько не забивал.
Он бросает на меня взгляд, напоминающий, что он имеет в виду не только ледовую арену.
Рио ДеЛука – один из моих самых лучших друзей. Наша связь только укрепилась и стала сильнее с тех пор, как мы познакомились пять лет назад, но этот парень – большой ребенок. Ему двадцать семь лет, он играет шестой год в НХЛ, и его место по-прежнему дом для вечеринок команды.
У него золотое сердце, и он абсолютно не умеет общаться с женщинами.
Надеюсь, когда-нибудь кто-нибудь разглядит за глуповатой внешностью его потенциал, но в то же время ему, возможно, придется немного повзрослеть, чтобы это произошло.
– Как поживает летный экипаж этого года? – спрашиваю я.
Он пожимает плечами:
– Они – это не вы двое.
– Дорогой, мы уволились много лет назад. Тебе придется двигаться дальше.
Его зеленые глаза сосредоточены на площадке перед ним.
– Я отказываюсь смириться с тем, что вы обе уволились.
– Три года назад, – добавляю я за него.
– Да. Да.
Как бы сильно я ни скучала по встрече с командой в каждой поездке, я рада, что уволилась. Я провела еще один хоккейный сезон, прежде чем объявить о завершении карьеры. Мы с Райаном пытались забеременеть, и к концу того года у нас получилось. К тому же Фонд Райана Шэя набирал обороты, и я руководила этим делом.
К тому времени, когда появились Нэви и Айверсон, моя работа превратилась в работу на полный рабочий день, требующую моего внимания. Мне нравилась каждая секунда работы в фонде Райана. То, что раньше было летним лагерем, превратилось в круглогодичный увлекательный проект. Нам удалось содержать открытые корты Чикаго в чистоте и пригодности, пожертвования Райана на кроссовки выросли втрое с тех пор, как мы начали, а бесплатные летние обеды превратились в ежедневное питание после школы для тех, кто в нем нуждается.
Наш последний проект стал одним из моих любимых. Нам удалось обновить тридцать процентов школьных библиотек Чикаго новыми учебниками и инструментами для занятий. Также появилось множество новых развлекательных детских книг, и мы надеемся, что в этом году их число достигнет по крайней мере следующих тридцати процентов.
Чтение – это то, из-за чего мы с Райаном впервые сблизились, и хотя у нас разные литературные вкусы, возможность встать на место другого человека и прочитать историю с его точки зрения не только помогает в обучении и грамотности, но и развивает эмпатию.
Дети теряют головы, когда Райан Шэй, чемпион НБА и двукратный MVP лиги, появляется в их школе или на игровой площадке и бросает мячи, читает с ними книгу или следит за тем, чтобы у них была обувь для игры. Он проделывает фантастическую работу, не только являясь лицом Фонда Райана Шэя, но и вкладывая все, что у него есть, в помощь городу, который его любит.
– Ежедневные новости, Ви.
– Только не это.
– Этим утром в душе…
– Прекрати.
Я закрываю уши детям.
– Твой брат так сильно прижал меня к стеклу, что я почти уверена, что на стене нашего душа навсегда отпечатались мои соски.
– Прошло больше четырех лет, Инд. Избавь меня от страданий.
– Я тебе пообещала много лет назад, – напоминаю я ей. – Как я могу нарушить данное слово!
Стиви забирает у меня Айверсона, и Тэй устраивается поудобнее у меня на коленях, откидывая голову назад и кладя ее мне на грудь.
– Как поживает мой любимый мальчик? – спрашивает Стиви своего племянника.
– Я в порядке, милая! – кричит Зандерс из глубины комнаты. Мои уши наполняет смех Нэви, играющей с дядей.
– Дядя Зи самодовольный? – Стиви повышает голос, и Айверсону это нравится. Он улыбается ей, демонстрируя глубокие ямочки и молочные зубы. – Точно! Он дерзкий парень, не так ли?
Она осыпает щечки племянника поцелуями, и я никогда не забуду, как сильно мои дети любят свою семью. Как сильно я люблю свою семью. Как мне повезло, что я окружила себя любимыми людьми, что они любят моих детей так же, как я люблю их.
У них есть бабушки и дедушки, которые их обожают, тети и дяди, которые относятся к ним как к своим собственным, и папа, который проводит каждую свободную минуту, чтобы убедиться, что они знают, как их обожают.
Тэйлор смеется у меня на коленях, услышав голос Стиви.
– Тэй, твоя мама разговаривает как ребенок?
