Белка не сдавалась, Марк выдохся. Ему нужна была минута, одна минута, чтобы восстановиться достаточно и скрутить соперницу. Этой минуты Белка ему не давала. Она затихала, делая вид, что измождена вконец, может, лишь притворяясь, Марк замирал, чтобы отдышаться хоть немного, и Белка использовала эту заминку, чтобы опять выбраться из-под него, совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы поставить его преимущество под вопрос. Марк наседал на нее в очередной раз, но это усилие вновь лишало его последней энергии, и он делал паузу вопреки своей злобе и желанию покончить с этой девкой.
Пока длилась их борьба, снаружи исчез Корабль. Под конец оба, изможденные, лишь вяло брыкались: один – пытаясь удержать соперницу под собой, вторая – скинуть соперника с себя. Марк подумал, что лишь смерть Белки поможет ему ее одолеть, но для этого – убийства – у него не осталось сил, не сейчас точно. Он просто не смог бы сжать руки у нее на горле либо с достаточной силой ударить ее головой об пол.
Несмотря на невозможность о чем-то думать во время поединка, Марк почувствовал, что Белку надо оставить в живых. Даже в его движениях не было стремления убить ее, лишь пленить, обездвижить, вынудить ее подчиниться.
Когда шум воды от погружавшегося Корабля стал достаточно громким даже для них, Марк и Белка замерли, как изможденные продолжительным сексом любовники – мужчина на женщине, лежащей лицом вниз. Они не понимали, что там происходит, но слышали крики, перебранку людей Корабля, которые забирались из лодки в дом напротив.
Марк прислушивался, лежа сверху на Белке, не пытаясь подмять ее сильнее, придушить или что-то еще – он экономил силы. Белка не сопротивлялась с той же целью – хоть немного восстановиться. Голоса не стихали. Понять в этой перебранке, что происходит, было нелегко.
– Белка!
Женский крик, отчетливый, истеричный стал для них неожиданностью. Белка приподняла голову, глядя в оконный проем, и Марк, почуявший, что зовут ту, что лежала под ним, воспользовался ее заминкой, чтобы закрутить одну руку ей за спину. Белка ахнула от боли.
– Не дергайся!
Марк придавил ее закрученную руку, чтобы она ее не вырвала. Она попыталась достать свободной рукой его глаза, и Марк просто прижался лицом к ее спине, вдавливая противницу еще сильнее.
– Я сказал, не дергайся, – прохрипел он. – Тогда… оставлю живой…
Белка затихла. Марк сосредоточился на том, чтобы она не вырвала руку – этот болевой прием был его преимуществом. Ни он, ни она никак не отреагировали на новые крики Куницы, когда та звала Белку. Марк оскалился. Пауза была на руку скорее ему, чем этой суке. Он чувствовал, как силы возвращаются, еще не те, что позволят скрутить ее, но все-таки. Кажется, он победил. Если не отвлечется – выиграет.
Когда вернулась способность думать, прерванная титаническими усилиями, Марк убедился, что противницу надо оставить в живых. Каким-то образом – снова его звериное чутье – Белка поможет ему. Найти ли Диану, Адама или же просто спастись от преследования людей Корабля, неважно, но польза будет. Как заставить ее подчиниться, не дергаться? Связать руки своим поясным ремнем. Как?
Марк почувствовал, что связать ей руки просто так не удастся. Ему придется ослабить давление, и Белка тут же вырвет руку. Марк осмотрел комнату. Улыбнулся. Большая пробоина у стены поможет ему. Марк привстал на коленях, подтянул Белку, не ослабляя давления на ее руку.
– Я сломаю твою лапу, если дернешься.
Марк подтянул ее, не отпуская руку. По чуть-чуть переместил Белку к дыре в полу. То, что надо: узкая, голову всунуть можно, но медленно, чтобы не ободраться, с трудом.
Марк подтянул Белку, и ее голова оказалась над дырой. Белка догадалась, что задумал враг, задергалась, и Марк надавил на закрученную за спиной руку. Белка взвыла. Марк ослабил давление, убедился, что Белка замерла.
– Предупреждал ведь… Сунь голову.
Белка завыла, затрясла головой.
– Заткнись, – он заговорил ей в самое ухо. – Мне надо связать тебе руки. Дыра – страховка, чтоб ты не вырвалась. Не сунешь туда голову, я сломаю тебе руку. И все равно засуну туда твою башку. Перед этим… откушу тебе ухо.
Свободной рукой он надавил на затылок, и Белка подчинилась – в противном случае неровные края отверстия порвали бы кожу на лице. Ее голова оказалась в чем-то похожем на капкан.
– Не дергайся… Больше не предупреждаю.
Марк придавил ее спину коленом, рывком вытащил поясной ремень. Белка освободила руку, но из-за головы ничего не смогла сделать. Марк вновь закрутил ей руку, улыбнулся ее стону, быстро связал запястья. Вышло не очень надежно, это не веревка, но на ближайшее время хватит.
– Вытаскивай голову. Разрешаю…
Он помог Белке, направив ее голову, рывком поднял ее, повернул к себе, прижимая, заглянул в глаза. Секунду-другую она смотрела ему в глаза, но отвела взгляд. Марк заметил ее ненависть, страх и… интерес? Что-то вроде этого, впрочем, неудивительно: он для нее – «другой человек».
Крик Куницы после паузы показался ему каким-то другим. Не отпуская Белку, Марк подался к окну. Он держал Белку за связанные руки, обхватив сзади ее за шею свободной рукой.
