— Верно, не хотим, — согласился с похитителем Бутурлин, — но иного пути у нас нет… Или все же есть? Сказывай, коли ведаешь!
— Знал бы — поведал… — бросил на него хмурый взгляд людолов. — Но, похоже, ты прав, боярин. Нам нужно найти скрытые двери замка. Скорее всего, они заперты изнутри, но это полбеды…
Без сомнения, в подземелье нас ждут ловушки. Надеюсь, они подобны тем, что мне уже доводилось преодолевать. Коли хотите остаться в живых и вызволить княжну, вам придется слушаться меня во всем! Разумеете?
— Как не понять! — криво усмехнулся Газда.
— Раз сие нужно для дела, обещаем тебе не перечить! — с готовностью произнес Дмитрий. — Веди нас, Ловчий!
— Что ж, пойдем, — кивнул ему недавний пленник, — поищем
лаз в берлогу Радзивилов!..
Но найти потайной ход оказалось непросто. Обходя лесистые холмы и овраги, Ловчий порой натыкался на углубления в земле, однако всякий раз они оказывались заброшенными звериными норами или ямами для добычи глины.
Пополудни утомленные бесплодными поисками компаньоны остановились, дабы перевести дух.
— Похоже, найти вход нам будет труднее, чем грешнику в купальскую ночь отыскать цветок папоротника! — досадливо крякнул Газда. — Но мы осилим это дело, вот увидите…
— Может быть, поищем праведника? — пошутил Харальд. — Не найдем дорогу в замок, так хоть обогатимся. Сказывают, цветок папоротника указывает скрытые клады…
Договорить ему не дали. Из ближайших зарослей дрока высыпали какие-то люди и, с ходу обнажая мечи, ринулись в бой.
Привычка к опасности не дала боярину и его друзьям застать себя врасплох. Отбив клинок первого встречного татя, Дмитрий снес ему полголовы саблей.
Второй из нападавших рухнул замертво, сраженный тесаком Харальда. Третьего недруга, целившегося в него из пищали, Газда прикончил, метнув ятаган.
Последний разбойник намеревался выстрелить в Бутурлина из короткой ручницы, именуемой пистолем. Но оказавшийся рядом Ловчий ногой выбил из рук татя оружие, и пуля, предназначавшаяся боярину, лишь прошла по его волосам.
Осознав неудачу, тать припустил к спасительному лесу,
однако вслед ему уже несся пущенный Газдой «летучий змей». Взвизгнув, спутанный по ногам разбойник упал в траву и неуклюже покатился по косогору.
Едва он пришел в себя от падения, Ловчий и Газда настигли его и крепким рывком подняли на ноги. Лишь сейчас Бутурлин и его друзья смогли как следует рассмотреть пленного.
Это был тучный муж лет сорока с маленькими, беспокойно бегающими глазками. Судя по остриженным в кружок волосам и кафтану с галунами, он явно принадлежал к служивой шляхте.
— Вот это добыча! — не смог сдержать изумление Харальд. — Наш тать никак из господ!
— Похоже на то, — подтвердил его догадку Дмитрий, — и стрижка, и наряд сие подтверждают!
— Благородные паны, не лишайте жизни! — запинаясь от страха, вымолвил пленник. — Я не тать! Я распорядитель замка Вельможного Князя Радзивила, шляхтич Винцент Калюжа!
— Калюжа? — переспросил его Бутурлин.
— Ну да, «Лужа» по-вашему! — заискивающе улыбнулся тать, догадавшийся по выговору Дмитрия, что имеет дело с московитом. — По воле Господа мой род жил у дороги, где к осени всегда собиралась большая лужа.
В ней любили плескаться свиньи, и вот однажды…
— Историю своего рода расскажешь палачу! — резко оборвал его Газда. — Нам от тебя нужно иное!
— Для вас — все, что угодно! — с готовностью воскликнул распорядитель княжьего Двора. — Я лишь хотел сказать, что я не грязный холоп. И спутники мои — благородные люди: Юзеф Скорупка, Франек Заремба, тоже шляхтичи… были…
— Что же вас, шляхетных, на большак повлекло? — насмешливо вопросил татя Бутурлин. — Судя по виду, ты не голодал…
— Да разве в голоде дело? — плаксиво вымолвил толстяк. — Все наши беды начались в тот день, когда ваш приятель — он кивнул на Ловчего, — доставил в замок наследницу Корибута…
— С сего места не упускай ни единой подробности! — навис над пленником Дмитрий. — Что сталось в день, когда Ловчий привез к вам княжну?
— Да вначале все шло гладко. Я устроил девицу в лучших покоях замка, обеспечил всем необходимым. Как-никак, она была гостьей моего господина, пусть даже невольной…
— Не ходи вокруг да около! — сурово нахмурился Бутурлин. — Что дальше было?
— Затем с охоты вернулась княжна Барбара… — Калюжа зябко поежился, вспомнив о встрече своей госпожи с Эвелиной. — Уж не знаю, чем ей насолила юная дева, но в панну Барбару словно бес вселился. Она возжелала вырвать у дочери Корибута ее красоту…
— Вырвать?! — лицо Дмитрия приняло выражение, от которого пленнику захотелось провалиться сквозь землю.
— Снять кожу с лица и тому подобное… — втянул голову в плечи Калюжа. — Но я не дал! Бросился между девушкой и моей госпожой, заслонил бедняжку!
Говорю: «Не творите, Вельможная панна, того, о чем после будете жалеть!»
— Вот так и сказал? — недоверчиво усмехнулся Харальд. — Глядя на тебя, с трудом верится, что ты способен прекословить господам!
— А что мне еще оставалось? — обвел своих пленителей испуганным взором Калюжа. — Если бы княжич Владислав по возвращении в замок нашел гостью изуродованной, моя голова первой бы скатилась с плеч!..
