примешивалось сожаление насчет того, что нам отведено лишь несколько драгоценных
минут единства. Он тоже это знал. Глядя на его лицо, я видела ту же смесь горя и радости,
отражавшихся в повлажневших глазах.
– Я люблю тебя, – тихо сказал Келлан.
– Я тоже тебя люблю, – мгновенно отозвалась я, целуя его.
Он закрыл глаза и уронил слезу. Я смахнула ее и робко спросила:
– О чем ты думаешь?
– Ни о чем, – ответил он, не поднимая век.
Я приподняла голову, чтобы лучше видеть его. Он открыл глаза и выдержал мой
взгляд.
– Я стараюсь ни о чем не думать, – сказал он мягко. – Иначе слишком больно…
Закусив губу, я кивнула, отчаянно жалея, что спросила.
– Я люблю тебя, – повторила я.
Он тоже печально кивнул:
– Просто не настолько, чтобы бросить его?
Прикрыв глаза, я подавила всхлип. У меня оставалась надежда, что он не спросит,
никогда не спросит меня об этом. Келлан провел рукой по моим волосам:
– Ладно, Кира. Напрасно я это сказал.
– Келлан, мне ужасно жаль… – начала было я, но он приложил мне палец к губам.
– Не сегодня. – Он тепло улыбнулся и притянул меня для поцелуя. – Только не
сегодня… Хорошо?
Я кивнула и тоже поцеловала его, затем на секунду отодвинулась.
– Как ты думаешь, если бы мы никогда… если бы не было первого раза – остались бы
мы близкими друзьями все втроем?
Келлан улыбнулся, пытаясь проникнуть в ход моих мыслей.
– То есть если бы мы с тобой не напились и не затеяли секс, жили бы мы счастливо до
сего дня?
Я кивнула, и он на секунду задумался, заправив мне за ухо прядь.
– Нет… Мы с тобой всегда были больше, чем просто друзьями. – Келлан любовно
погладил меня по щеке. – Мы так или иначе закончили бы здесь.
Кивнув, я бросила взгляд на его грудь. Какое-то время Келлан гладил меня по руке, а
потом тихо спросил:
– Ты жалеешь?
Я посмотрела в его страдальческие глаза:
– Жалею о том, что ужасно поступаю с Денни.
Он кивнул и отвернулся. Я положила руку ему на щеку и заставила смотреть на меня.
– Мне не жаль ни секунды, проведенной с тобой. – Я криво улыбнулась. – Ни один
миг с тобой не был напрасным.
Он улыбнулся, так как я повторила его собственные слова, и привлек меня для
поцелуя, который начал быстро становиться глубже и глубже.
В тот день я не пошла в университет. Я так и не вылезла из его постели – не могла,
ибо не нуждалась ни в чем другом.
Келлан простился со мной за час до прихода Денни. Глаза немедленно наполнились
слезами, он заключил мое лицо в ладони и покрыл поцелуями веки.
– Вечером буду в «Пите». Там и увидимся, хорошо?
Я безмолвно кивнула, и он поцеловал меня в последний раз, прежде чем выйти за
дверь. Сердце ныло, пока я смотрела, как он уходил. Наш день был неописуем. И оно
разрывалось сильнее, чем когда бы то ни было. Я вспомнила слова Дженни: «Придется
выбрать одного. С двумя никак». Но я не знала, как отпустить другого.
Денни вернулся чуть раньше обычного страшно усталый. Он подошел к дивану, где я
сидела, тупо уставившись в телевизор, сел рядом, и я взглянула на его печальное красивое
лицо. Мгновенно нахлынуло чувство вины. Оно оказалось невыносимым, и я разразилась
рыданиями.
Денни обвил меня руками:
– Иди сюда.
Он растянулся на диване, я – тоже, мы лежали друг к другу лицом, и Денни крепко
прижимал меня к себе. Положив голову ему на грудь, вцепившись в его рубашку, я
всхлипывала, пока не обрела мало-мальскую способность дышать.
– Все хорошо, Кира. В чем бы ни было дело, все хорошо.
Его голос дрожал, акцент обозначился резче от полноты чувств, и я знала, что Денни
тоже готов расплакаться. Задыхаясь, он шептал:
– Солнышко… Ты мое сердце.
Мои рыдания усилились. Я знала, что делала ему больно, но не могла остановиться, и
слезы лились рекой.
Но вот они отступили, и я задремала, пока Денни гладил меня по спине. Он
отодвинулся и заглянул в мои полуприкрытые усталые глаза:
– Кира?..
Я вмиг очнулась, подстегнутая страхом и паникой. Что такое? Никак он собрался
спросить меня о Келлане? У меня не было сил отозваться.
– Ты… – Он замолчал и отвернулся, а потом заговорил снова, выглядя уязвленным. –
Отвезти тебя на работу? Ты опоздаешь.
Теперь он снова смотрел на меня, и я расслабилась.
Но говорить все равно не могла и только кивнула.
– Хорошо. – Денни встал и протянул мне руку. – Тогда поехали.
Всю дорогу мы молчали. Денни не спрашивал о моем срыве, а я не хотела ничего
объяснять. Мне все равно было нечем с ним поделиться. Теперь, после того как между нами
возникло столько недоговоренностей, я едва вспоминала время, когда все было просто и мы
были влюблены чистой щенячьей любовью. Наверно, всякая любовь в итоге спускается с
небес на землю.
Денни решил немного посидеть в баре. Он не спускал с меня глаз, как будто ожидая
новой истерики. Моя реакция пробудила в нем опекуна, и я быстро смекнула, что он
вознамеривался присматривать за мной весь вечер в присутствии Келлана. Со вздохом я
приступила к своим обязанностям. Мне следовало придержать печаль. Денни не должен был
