– Тьфу ты, Кира… – Он крепко сжал мне другую щеку, пресекая возражения. –
Выбирай сию секунду. Вообще не думай, просто возьми и выбери. Я или он? – Большими
пальцами он смахнул мои слезы. – Я или он, Кира?
– Он, – выпалила, не думая, я.
Обрушилась такая тишина, что самый воздух, казалось, завибрировал. Келлан
перестал дышать, его глаза потрясенно расширились. То же произошло и со мной. О боже…
Зачем я это сказала? Этого ли я хотела? Мой поспешный выбор было слишком поздно
переменить. Поздно взять слово назад. Я следила за крупной слезой, которая покатилась по
щеке Келлана. Эта единственная слеза как будто подкрепила мой ответ. Удар был нанесен.
Теперь я не могла отступить, даже если бы захотела.
– Ох, – наконец выдохнул он.
И начал отводить от меня руки, пятиться, я же вцепилась в него мертвой хваткой и
попыталась притянуть ближе.
– Нет, Келлан… Подожди. Я не имела в виду…
Он сузил глаза:
– Нет, имела. Это был порыв. Первая твоя мысль… А первое, что приходит в голову,
обычно оказывается правильным. – В его голосе обозначился лед, а затем он прикрыл глаза и
его кадык дернулся. – Это то, что ты носишь в сердце. Он – вот что в твоем сердце…
Я схватила его за руки, удерживая их перед собой, и Келлан несколько раз вздохнул,
пытаясь успокоиться. На его лице отражалась внутренняя борьба – он старался совладать с
гневом, и в голове моей пронеслись жалкие мысли о том, как ликвидировать вред, который я
только что бездумно причинила ему. Пустота. Ни малейшей идеи, как исправить дело.
Когда Келлан немного успокоился, он открыл глаза, и у меня внутри все оборвалось –
настолько они были печальны.
– Я говорил тебе, что уеду, если таков будет твой выбор… И я это сделаю. Я не стану
тебе помехой.
Взирая на меня взглядом грустным, но до боли полным любви, он тихо добавил:
– Я всегда знал, что сердцем ты не со мной. Я не должен был просить тебя
выбирать… Тут нечего выбирать. Прошлой ночью я понадеялся, что… – Он вздохнул и
уставился на тротуар. – Мне надо было уехать сто лет назад. Я просто оказался эгоистом.
Не веря ушам, я смотрела на него. Это он считал себя эгоистом? Минуточку, не он, а я
буквально курсировала между двумя постелями, а эгоистом был он?
– По-моему, Келлан, я наделила это слово новым смыслом.
Взглянув на меня, он слабо улыбнулся и вновь посерьезнел.
– Ты была напугана, Кира. Я это понимаю. Ты испугалась дать себе волю, и я тоже.
Но все будет хорошо. – Словно желая убедить себя, он повторил: – Все у нас будет хорошо.
Келлан произнес это так тихо, что из-за громкой музыки, долетавшей через ограду
сада, я еле расслышала его слова.
Он заключил меня в крепкие объятия. Я обняла его за шею и запустила руку в
сказочно густые волосы. Наслаждаясь каждым мгновением, вдохнула аромат его кожи,
смешивавшийся с запахом кожаной куртки. Он стиснул меня так, что я едва дышала. Мне
было все равно, он мог бы впечатать меня в свое тело, и я не стала бы противиться, отчаянно
истосковавшись по его близости. Мысли продолжали кружить вокруг моего переменчивого
выбора. Я не знала точно, чего хотела, но Келлан, возможно, был прав… Быть может,
верным оказывается то, что первым приходит в голову.
Обуреваемый чувствами, он прошептал мне в ухо:
– Никогда не рассказывай Денни о нас. Он от тебя не уйдет. Можете оставаться у
меня сколько угодно. Даже комнату мою можете сдать. Мне все равно.
Я отпрянула, чтобы взглянуть на него, слезы уже текли ручьем по моим щекам.
Келлан, тоже смахнув слезу в лунном свете, ответил на мой незаданный вопрос:
– Теперь мне придется уйти, Кира, пока я в силах. – Он утер мне слезы. – Я могу
позвонить Дженни – пусть заберет тебя отсюда. К нему. Она тебе поможет.
– А кто поможет тебе? – прошептала я, выискивая в серебристом свете его до боли
красивое лицо.
Сейчас я поняла, насколько я была небезразлична ему. Мне стало ясно, как много я
для него значила и с каким трудом он уходил от меня. Я постигла тяжесть происходившего
во всей полноте, и мне казалось, что я умираю.
Сглотнув комок, Келлан проигнорировал мой вопрос:
– Вы с Денни можете отправляться в Австралию, там и поженитесь. У вас будет
долгая счастливая жизнь, как и должно быть. – Его голос надломился на последних словах, а
по щеке скатилась слеза. – Я обещаю не вмешиваться.
Но я не собиралась его отпускать.
– Но как же ты? Ты останешься один… – Мне нужно было знать, что он не пропадет.
– Кира… – печально улыбнулся Келлан. – Это тоже было предопределено.
Я смотрела в его влажные синие глаза. Затем положила руку ему на щеку и подавила
всхлип. Ради моих отношений с Денни он был готов без боя отказаться от всего, о чем когда-
либо мечтал в этом мире, – от подлинной, глубокой любви. Его доброе сердце разбило мое.
– Я же говорила, ты хороший человек, – прошептала я.
– Мне кажется, Денни с этим не согласится, – отозвался Келлан.
Я снова повисла у него на шее под навязчиво медленный ритм, доносившийся из-за
