одной, что я обожала. С каждым днем я все сильнее прикипала к нему, что восторгало меня и
в то же время тревожило. Однако, как бы это ни было скверно, в его присутствии я забывала
о тоске по Денни. Я продолжала ждать звонков, но, если тех не было день или два, мое
одиночество скрашивалось обществом Келлана. Он, казалось, ничуть не возражал против
того, что я постоянно вьюсь рядом. Как раз наоборот, он явно поощрял это.
Мы продолжали дружеский флирт, начатый на «Бамбершуте». В погожие дни мы
выходили на задний двор, лежали там на траве, читали и радовались солнцу. Келлан обычно
раздевался до пояса, чтобы позагорать, и мое сердце билось чуть чаще, благо я оказывалась
совсем рядом. В конечном счете он засыпал, а я перекатывалась на бок и любовалась его
безупречным спокойным лицом. Однажды он лишь притворился, что спит, приоткрыл глаз и
улыбнулся, отчего я ужасно покраснела, перевернулась на живот и спрятала голову от его
смеха.
В те вечера, когда у меня бывали выходные, он иногда приходил домой с репетиции,
вместо того чтобы сидеть с дружками в «Пите». Мы обедали, а потом садились бок о бок и
смотрели кино. Иногда Келлан приобнимал меня и поглаживал пальцами или же брал меня
за руку, играл с ней и улыбался своей потрясающей сексуальной полуулыбкой.
А если мне предстояло идти на смену, мы сидели в обнимку перед работой – читали
газеты или смотрели телевизор. Келлан позволял мне расслабленно навалиться на него и
положить голову ему на плечо. Однажды, когда я провела бессонную ночь в тоске по Денни,
мы так же обнялись и он бережно опустил меня ниже, чтобы моя голова легла ему на колени.
Я так и заснула, слившись с ним: он придерживал меня одной рукой, а другой гладил мне
волосы. В глубине души я знала, что Денни это вряд ли понравилось бы, но мне было уютно,
и я чувствовала себя превосходно. Удовольствие от близости Келлана немного тревожило
меня, и все-таки я не могла остановиться.
Однажды вечером в баре кто-то выбрал в музыкальном автомате особенно заводную
мелодию, и Гриффин, гордо носивший свою футболку с истинным названием группы,
почувствовал необходимость выцепить по девице из-за каждого столика, возле которого
оказывался, и утянуть их с собой на танцпол. Конечно, все шли охотно. Но потом он заметил
меня и призывно направился в мою сторону. Не желая, чтобы он касался меня своими
блудливыми лапами, я выставила вперед руки и стала пятиться назад. Эван захохотал и сгреб
Дженни, чтобы наклонить ее в танцевальном па, и та взвизгнула. Мэтт же сидел на столе и
потешался над всеми.
Гриффин почти настиг меня, как вдруг кто-то увлек меня прочь и несколько раз
крутанул вокруг своей оси. Смеясь над досадой Гриффина, Келлан повернул меня еще разок-
другой, и я очутилась на другом конце зала. Я улыбнулась ему, благодаря за спасение, и он
отпустил меня, поцеловав мою руку. Через секунду его окружило полдюжины поклонниц,
мечтавших потанцевать со своим рок-идолом. Остаток вечера он провел за довольно
сексуальными танцами то с одной из них, то с другой. Он двигался без устали, и это было
исключительно соблазнительным зрелищем. За смену мой взгляд останавливался на нем не
раз и не два.
На пороге дома, когда я все еще думала о телодвижениях Келлана, меня
приветствовал телефонный звонок. Улыбаясь при мысли, что в такой поздний час это мог
быть только Денни, я немного смешалась и едва узнала голос.
– Салют, сестренка.
– Анна! Сколько лет, сколько зим… Что случилось? Почему так поздно?
– Да вот, получила нынче твою посылочку… – Я отправила родителям и Анне
фотографии университета, бара и нас с Денни и Келланом. – Боже ж ты мой… Кто этот
красавчик и почему ты не сказала о нем сразу, как только там оказалась?
Надо было мне раньше сообразить, что сестра западет на Келлана.
– Это Келлан, мой сосед.
– Черт! Теперь я точно приеду в гости.
Моя сестра и Келлан в одной комнате. Вот это уже будет интересно. Внезапно мне
расхотелось ее видеть.
– Знаешь, сейчас как раз не самое… Стоп, а что с Филом?
– Пффф… Фил! Я тебя умоляю. Против твоего знойного соседа? Извини, он не идет
ни в какое сравнение.
Мама говорила, что Анна была знакома с Филом целых две недели, прежде чем
съехаться с ним. Их медовый месяц явно подошел к концу.
– Слушай, сейчас и правда не лучший момент. Вот-вот начнутся занятия, а Денни еще
не вернулся…
– Денни уехал?
– Черт, Анна, ты вообще разговариваешь с родителями? – Я вздохнула, искренне не
желая повторять всю историю еще одному члену семьи.
– Только когда не бывает выбора. Что случилось?
– Это по работе. Ему пришлось ненадолго отлучиться в Тусон.
«Ненадолго» обернулось вечностью, а сегодня он снова не позвонил…
– А, так он скитается по пустыне, а тебя оставил наедине с этим плейбоем?
Я так и видела ее глупую ухмылку.
– Господи, Анна… Ничего подобного.
Я вздохнула. Мы с Келланом сдружились ближе, чем раньше, но явно не настолько,
как думала моя сестра.
Та залилась смехом:
