- Черрт! – почти прорычал Ник. Некоторое время смотрел на нее в упор и, в конце концов, вскочил со стула и схватил Алису за локоть. – Пошли отсюда.
- Пошли, - с неизвестно откуда взявшейся игривостью в голосе сказала она и буквально повисла на нем, пока он вел ее к выходу, а потом на парковку.
Оба молчали. Но, как только оказались в машине, она снова потянулась к Никите. От выпитого по-прежнему кружилась голова, но зато хватало безрассудства. На этот раз, правда, он был готов к подобным посягательствам, потому нежданчика не вышло. Живо схватил ее за плечи, с силой усадил обратно в ее кресло и, продолжая удерживать, мрачно проговорил:
- Алис, ты что творишь, а? Ты ж не хочешь!
- Хочу. Очень хочу! Хочу, чтобы ты выиграл.
- Прекрати! – бросил он спокойнее – совсем не так, как часом ранее отчаянно кричал Макаров. – Хватит. Я все понял. Узнала. Молодец. Дальше что?
- Да ничего особенного, - хмуро ответила Алиса. – Просто народ интересуется – трахнул ты меня или не трахнул.
- Ну не трахнул – и что?
Она пожала плечами.
- Если они твои фанаты, то, возможно, переживают.
- Это их проблемы. Не мои и не твои. Тебя как Макаров из дома выпустил?
- Обыкновенно. Зачем надо было меня с ними знакомить? Чтобы меня просветили?
- Ааааа… так этот идиот их к себе приволок? – Никита невесело усмехнулся, откинулся на спинку сиденья и твердо проговорил: - Трахаться не будем. Потом сама пожалеешь, а станет поздно. И пар на парне своем выпускай, не на мне, ясно?
- Это не пар! – выкрикнула Алиса и дернула дверцу.
Та с первого раза не поддалась. А ко второму Логинов схватил ее за локоть, снова развернул к себе. И задохнулся от того, насколько несчастным в эту секунду выглядело ее лицо – одно мгновение. Потом она снова скрылась за своей злостью.
- Ну всё, всё, Алис! – зашептал он. – Успокойся, давай разговаривать! Ты можешь на минуту допустить, что мы с Макаровым уже сами двадцать раз пожалели о той дурацкой шутке, а?
- Могу, наверное, - негромко отозвалась она, высвобождаясь из его рук. – Но я принимала все всерьез.
- Да и так все всерьез. Давно стало всерьез. Почти сразу. Макаров сволочь, конечно, но через две недели все прекратил. Я еще только примерялся, а он уже все решил.
- За всех.
- Это Илюха, он только так и умеет. Чертов эгоист. Но он тебя любит.
Она с сомнением посмотрела на Никиту. Он кивнул, будто подкрепляя жестом свои слова, и отчеканил:
- Он в жизни ни с кем не жил. А с тобой захотел. Вцепился в тебя мертвой хваткой, как пацан семнадцатилетний, будто бабу ни разу не видел… - замолчал на мгновение, мимолетно подумал, что от Макарова ушел недалече – разве сам в нее не вцепился? Не поделили… Мотнул головой и продолжил: - Мы росли вместе, у него девок было… А потом вдруг ты появилась.
- А… а Нина… одна из них?
- Мышь? Не, ты чего? – рассмеялся Логинов. – Друг – существо бесполое.
- Зато авторитетное, - вздохнула она.
- Илья авторитетов не приемлет. У него с отцом на этой почве разногласия.
- Она – не отец… Неважно, - Алиса посмотрела в окно.
Поздний вечер накануне выходного. Люди суетились: кто торопился домой, кто уходил из дома гулять. В клуб, в кино… мало ли мест, где можно провести пятничный вечер.
Алиса проводила его с Никитой. Из-за глупой выходки Ильи, из-за собственного порыва. Ей было обидно и непонятно, словно она не сдала очередной экзамен.
Пока они говорили, обо всем, как когда-то, сейчас казалось – бесконечно давно, отвратительное чувство проваленного испытания постепенно отпускало. На смену ему приходило другое: ей нужно вернуться домой, к Илье. Если он и правда жалеет и просто не думал, что его друзья станут говорить об этом, и Нина… мало ли чего может хотеть Нина, лишь бы он не хотел!
А все, чего хотелось Алисе, – чтобы они были вместе, потому что она любит его, потому что без него все станет иным. Не будет крыш, расписанных стен, Францевича, захватившего кресло-качалку. Вообще ничего не будет, а такой реальности ей уж точно не надо.
- Отвези меня, пожалуйста, домой, - попросила она Никиту.
Тот улыбнулся и спросил:
- Во Всеволожск?
- Нет, - мотнула Алиса головой, - в Кузнечный. Ты прости меня, Никит, что я тут…
- Да ладно… Нормально все… Только ему ляпнуть не вздумай, ослу.
- Хорошо, не буду. Спасибо тебе.
- Не за что.
Ник улыбнулся и в непонятном ему самому порыве быстро поцеловал ее щеку и завел машину. Пока ехали по ночному городу молчали. Молчали и когда она выходила из авто. Сказать ему было нечего – по сути все сказали. Но мучительное чувство чего-то незавершенного словно бы витало в воздухе.
Во дворе Алиса подняла голову, и сердце ухнуло громко и встревожено – на кухне горел свет. Едва ли не единственное освещенное окно во всем доме. Не оборачиваясь, помчалась в парадный. Взлетела по лестнице, дверь оказалась незапертой, промчалась на кухню, не разуваясь. И остановилась на пороге.
