— Хоть я и был всю жизнь членом партии Авода, но всегда уважал Шамира. Он проще и честней других. К сожалению, его правительство развалилось. А вас, олим, так запутали, что вы проголосовали за Рабина и Переса.
— Может быть, дедушка, не нужно об этом? — попросила Илана.
— Очень даже нужно, деточка. Нельзя было допускать Аводу к власти. Я вообще придерживаюсь мнения, что право участия в выборах следует давать только через два-три года после репатриации. Надо ведь узнать страну и понимать, что в ней происходит и что ей нужно.
— Чем Авода хуже Ликуда? — спросил Илья.
— Одну большую глупость она уже допустила: соглашение «Осло».
— А как тогда урегулировать конфликт с палестинцами? — спросила Женя. — Это соглашение позволило, наконец, закончить Интифаду.
— Оно не разрешит наш конфликт, только усугубит, — произнёс Матвей. — Что сделали наши умники? Они вытащили Арафата с его бандитами из Туниса, дали им оружие и территории. Вы думаете, они будут от таких подарков нас любить и бороться с террором?
— Я читал соглашение, — заявил Вадим. — В нём много верных идей. В конце концов, это основа мирного договора с Палестинской автономией.
— Ты думаешь, они будут его соблюдать?
— Но Арафат перед всем миром подписал все документы.
— Молодой человек, Арафат подписал их только потому, что ему надоело сидеть в эмиграции. А тут соглашение, рукопожатие на лужайке у Белого дома и Нобелевская премия. Но он мусульманин. У него в голове только джихад. Вы знаете, за что убили египетского президента Садата? Он, по мнению исламских фундаменталистов, подписав с нами мирный договор, сблизился с Израилем. И тем нарушил заповеди Корана.
— Израиль вернул Египту полуостров Синай, богатый нефтью и нашей историей, — попытался возразить Илья. — На горе Синай Моисей получил заповеди от Всевышнего.
— Казалось бы Анвар Садат сделал для своей страны великое дело. Но у этих фанатиков свои бредовые идеи. Всё началось в Аравии тысяча триста лет назад. Мухамед, решив, что он великий пророк, начал проповедовать свою религию. Он хотел привлечь к своему учению и живших в Мекке евреев. Они не пожелали. Да и его племя курайшитов тоже было против. Сил победить их у него не было. Тогда он подписал с курайшитами в местечке Худайбия возле Мекки мирный договор на десять лет. Создав и вооружив армию, он уже через два года нарушил договор и напал на врагов. Мекка пала через двадцать четыре часа. С тех пор для мусульман такой договор — стратегически важный манёвр, чтобы, получив мир, подготовиться к новой войне. Это принцип ислама. Когда египтяне-журналисты в интервью спросили Арафата, как он мог подписать договор с евреями, тот сказал: вспомните Худайбию. И все мусульмане его поняли. А еврейские и западные интеллектуалы не знают и не хотят знать, что это означает.
— Если я правильно понял, Рабин, Перес и Йоси Бейлин этого не понимают, — сказала Женя.
— Думаю, они в плену своей идеи, что можно переломить их идеологию, задобрив арабский народ обещанием независимости и экономического процветания. А мусульмане видят в таких подарках только нашу слабость. И готовятся ударить по нам, как научил Мухамед. Они не признают Израиль и желают только одного — нас уничтожить.
— Вы утверждаете, что мира с палестинцами мы не достигнем, потому что для них мирный договор — бумага, которой, извините можно лишь подтереться, — произнёс Ян.
— Увы, это так. К сожалению, создатели нашей страны в большинстве своём были социалистами. Они читали ТАНАХ, но относились к написанному в нём свысока и не собирались выполнять его заповеди. Моисей же повелел своему ученику и последователю Иешуа бин Нуну очистить Ханаан от всех народов, проживавших в нём. А наше руководство во время шестидневной войны вместо того, чтобы изгнать арабов, умоляло их остаться. По мнению наших вождей они братья по классу. Хотя арабы уже сто лет только и делают, что устраивают нам погромы.
— Вы считаете, что нет никакой надежды на мир с этим народом? — спросил Вадим.
— Они смирятся с положением, только если поймут, что нас не одолеть. Только наша сила нас и сохранит. Мы обязаны быть сильней. Нам нельзя покупать мир уступками.
— Хватит о политике, — призвала Лина Моисеевна. — Сегодня у нас праздник. Прошу всех выйти и поговорить о чём-нибудь приятном. А мы поставим на стол чайные сервизы и торты. У нас в программе «Наполеон».
Ян, Илья и Вадим, одев куртки, вышли на балкон. Небо заволокло тучами и холодный ветер гнал их на восток. Заморосил дождь.
— Не представлял себе, что Израиль так влип, — вздохнул Ян. — Лучшего повода испортить настроение твой дядя не нашёл.
— Так что, лучше думать, что всё нормально? — вспыхнул Илья.
— Что вы волнуетесь? — произнёс Вадим. — Израиль — мощное государство. С ним ничего не случится. Да и у вас всё не так плохо. Купили квартиры, работаете и хорошо зарабатываете. Выбросьте из головы эту муть.