- Не смей! Мы будем решать дело миром. Пиши-пиши: Макнаггетс... это, видимо, МакГонагалл - она будет нас короновать... короновать? Вместе с Дамблдором, кажется... Флитвик нас превратит - Мерлин, какой кошмар... Слагхорн - оброк, не-е, оборот... непонятно...
Записи Блейза становились все более и более неразборчивыми. Внезапно Гарри осенила идея - он поднял глаза и укоризненно посмотрел на Драко. Тот тут же принял вид озабоченный и деловитый - ни дать ни взять, Перси Уизли, расписывающий свойства тонкостенных котлов.
- Придурок несчастный, - нежно вопросил гриффиндорец, - ты что, затеял с ним драку в тот момент, когда увидел у него дневник? И дал ему, наверное, в нос?
- Ну да, - честно ответил Малфой. - А чего случилось-то? Ты читай, читай...
- А то, герой ты мой бесстрашный, что вы дрались над открытым дневником. И теперь мы не можем прочесть последние строчки! - подозрительно спокойным голосом объяснил Гарри. - Все залито его кровью. И если ты не разберешь эти каракули, то к ним и твоя прибавится!
- Ты так не поступишь, потому что ты - честный и справедливый, а еще ты нравишься одной рыжеволосой очаровашке, - естественно, после такой откровенной лести Гарри заткнулся. - Я сейчас попробую прочесть.
- Ну вот, ясно как день, - с удовлетворением заявил Драко после того, как минут десять пялился в красно-бурое пятно, закрывшее нижнюю часть списка. - Какие-то Уизли что-то сделают в Рождество. Патил и Паркинсон почему-то записаны на одной строчке... просто будем иметь в виду - эти дурочки всё равно ничего умного не придумают. Хагрид что-то придумал - написано то ли «ендова», то ли «саблерог» что это еще, Мерлин?! Ничего путного этот алкоголик-переросток сроду не делал, и не сверкай на меня так глазами, сладкий... Джинни Уизли - не верю своим глазам, да, это она... И последние две строчки замазаны совсем. Тут буква «Л», больше ничего не видно... Но вообще всё понятно! - он посмотрел на Гарри большими, честными глазами. - Справимся!
- Думаешь? - с сомнением спросил Гарри. - Я уже заранее устал.
- А что делать?
- Придумать свой способ и сорвать банк! - ляпнул гриффиндорец первое, что пришло ему в голову, и тут же пожалел о сказанном. Малфой нахмурился и на всякий случай отступил на пару шагов.
- Поттер, ты сначала думай, а потом говори. Целоваться в течение пяти минут, не забывай! Я не соглашусь на это даже за миллион галлеонов! Не то что бы ты был таким противным, - деликатно добавил он, покровительственно похлопав Гарри по плечу, - просто у меня другие вкусы. Они включают в себя наличие груди и тонкой талии. Прости, солнышко, - Драко весело улыбнулся.
- Ладно, а что тогда предлагаешь ты? Неужели Зубастик и Озабоченный выиграют?
- Лучше уж они, чем Снейп, верно? Не переживай так - постараемся что-нибудь придумать. А пока что я иду спать, - слизеринец потянулся и сладко зевнул. - Вот тебе копия, - он сунул в руку Гарри обрывок пергамента, - переписал для тебя, цени... Не забудь, если что - просто кинь чего-нибудь, или в воскресенье после отбоя. Ну, бывай!
Малфой уже давно отбыл, а Гарри все еще стоял на вершине башни, вглядываясь в звездное небо. Он думал о последних двух пунктах - что же это за таинственное «Л»? И что придумали близнецы - в том, что это именно они были «какими-то Уизли», Гарри почти не сомневался. Коварство их не знало границ, и мальчик с ужасом перебирал в голове варианты возможных «шуток», пока не почувствовал, что совсем замерз. С тяжелым вздохом он запахнулся в мантию-невидимку и устало потащился вниз.
Глава 10. Самое главное чувство в мире
