— Ты лжёшь! — воскликнула Игла, вскакивая. Забава оскалилась, бросилась к ней, но Дар преградил ей дорогу. Баян схватился за топор. Ласка закричала, закрывая голову руками, а Ветер юркнул под стол.
— Я никогда не лгу! — зашипела Забава, запуская когти в грудь Дара, тот схватил её за руки, пытаясь отодвинуть от Иглы. — Кто из нас лгунья? А? Кто лжёт самой себе каждый день, ведьма!
— Ещё раз назовёшь мою сестру лгуньей, — пробасил Баян, проверяя остриё топора. — Игра закончится здесь и сейчас. Вы живы только потому, что мы позволяем.
Дар отодвинул от себя Забаву и повернулся к Игле.
— Это правда, Забава не способна лгать. Это подарок от нашей матушки.
— Правильнее сказать «от злобной суки», — сплюнула Забава, которая всё никак не могла успокоиться. Дар не ответил, спорить с сестрой он перестал ещё в детстве. Забава выпрямилась, медленно выдохнула, приглаживая волосы и возвращая себе самообладание.
— Ты сказал, что я могу призвать Светозара, — тихо зашептала Игла, но Забава её услышала.
— Не оттуда, где я его держу, маленькая. Думаешь, я об этом не позаботилась? Ну, так что? — Она сложила руки на груди и вернула на лицо игривую улыбку, будто не бесновалась только что будто гневная вештица. — Пойдёшь за призраком своего возлюбленного или останешься с моим братцем? К кому тянется твоё маленькое сердечко?
Игла сжала кулаки.
— Это равноценный выбор...
— Будь он равноценным, не был бы таким весёлым, — хмыкнула Забава. — Так куда ты побежишь, курочка? Бросишься спасать своего ненаглядного? Оставишь своих новых друзей ради него?
Игла перевела взгляд на Дара. Он не смотрел на неё, прожигая взглядом Забаву.
— Я смогу вернуться? — спросила Игла.
— Кто знает, — пожала плечами Забава. — Может, ты и не захочешь возвращаться. Может, всё сложится так, что ты больше не захочешь искать Кощеево сердце. А может и нет. Может, и нет. Но разве важнее не то, что Светозар останется... не окончательно мёртвым.
Сердце сжалось так сильно, что Игла не смогла дышать. Ей было страшно, до безумия страшно отправляться в неизвестность, страшно оставлять Дара, Ласку и Ветра. Но не пойти она не могла. Светозар нуждался в ней, его жизнь зависела от её решения, от её смелости. Он ведь там совсем один, в ловушке, страдает и боится не меньше неё самой...
— Пообещай, что ты ей не навредишь, — сухо сказал Дар.
Забава засмеялась, прикрывая рот ладонью.
— О, решил выбрать за неё? Как это... жалко. — Она выпрямилась и приложила ладонь к груди. — Обещаю, что не трону твою ненаглядную. Мне всё ещё интересно, чем всё закончится.
— Дар... — начала было Игла, в груди болело от вины, которую она не могла объяснить.
— Иди, — Дар всё ещё не смотрел на неё, говорил сухо, даже безразлично. — Я тебя не держу.
Слова Дара больно резанули по сердцу.
— Ладно, — сказала Игла деревянным голосом, выступая вперёд на негнущихся от страха ногах. — Ладно. Отведите меня к Светозару.
Забава расплылась в такой довольной улыбке, будто Игла осыпала её золотом. Она оглянулась на Баяна, и тот грузно переваливаясь с ноги на ногу, протянул Игле руку. Игла оглянулась на Дара, тот сдержанно кивнул, и она вложила свою ладонь в необъятную ладонь Баяна. Тот сжал её крепко, лишая возможности высвободиться.
Забава подошла к Дару почти в плотную. Провела ногтями по его каменному лицу.
— Прикрывайся этим равнодушным видом сколько хочешь, братец, — проворковала она. — Но меня не обманешь. Скажи, каково это? — Она опустила руку к груди Дара и впилась в неё ногтями. — Когда снова и снова выбирают не тебя?
Дар молчал. Игла оглянулась, рванулась из рук Баяна, но поздно. Ласка, обнимающая Мяуна, Ветер, съёжившийся под столом, Дар с ненавистью глядящий в глаза сестре и вся комната исчезли.
Игла очутилась в просторной зале, залитого лунным светом терема. Все вокруг блестело и переливалось, щёлкали неизвестные механизмы, виноградными гроздьями спускались с потолка ниточки и ленточки, с нанизанными на них камешками, стекляшками, перьями и бусинами. По полу были разбросаны горы игрушек от обычных соломенных куколок и деревянных лошадок-качалок до невиданных прежде созданий, изображавших нарумяненных и улыбающихся людей так точно, что жуть брала. И все они были поломаны.
— Промахнулась с комнатой, ну, да ладно, — беспечно бросила Забава и легонько пнула, убирая с дороги, металлическую шкатулку с фигурками лошадок. Та зазвенела, покатившись к подножию игрушечной горы. — В этом тереме Морена меня заперла, когда мне было пять. Притаскивала мне игрушки со всех миров и исчезала прежде, чем я успевала ей хоть слово сказать. — Она подняла с пола оторванную голову куклы, покрутила в пальцах и отбросила в стороны. — Так что, не верю всему, что Кощей наболтал тебе про неё.
— Он ничего мне о ней не рассказывал, — осторожно ответила Игла, на всякий случай отступая подальше от Баяна, но тут же споткнулась о деревянного медведя без двух лап и едва не упала. Забава обернулась с удивлением, застывшим на лице.
— Взаправду? Он же её обожает, свою идеальную мамашу.