Забава топнула ногой, и галерея изменилась. Всё вокруг заросло чёрной, лишённой листвы лозой: пол, колонны, широкие окна. Игла вскрикнула, пытаясь не дать лозам поймать себя, но те быстро обвивали лодыжки, взбираясь всё выше. Вспыхнуло пламя, Игла повела руками, отгоняя хищные лозы от себя и Дара, но вот Ветру помочь не успела. Ветви оплели его и скрыли под собой. Жечь их Игла не решалась, действуя в слепую, она могла сильно обжечь Ветра. Тем временем изменилась и сама Забава: изумрудное платье сменилось красной свадебной рубахой, на голове изогнулся венец из рябины и тёмных цветов льна. В одной руке она держала топор Баяна, а в другой крупное человеческое сердце.
— Всё, что осталось от моего любимого брата, — проворковала она и нежно поцеловала мёртвое, отливающее синевой сердце. Она оскалилась на Дара. — Всё, что ты мне оставил!
Развернувшись, она осторожно уложила сердце на трон.
— Оно с наслаждением будет наблюдать за тем, как я разделаюсь со всеми вами.
Дар времени не терял, бросился к ней, замахиваясь когтями. Но достать не успел. Забава развернулась, заслоняясь топором. Металл встретился с металлом, высекая искры. Дар напирал, надеясь продавить её защиту, но Забава не уступала. Она весело улыбнулась, глядя ему в глаза.
— Нет, милый братец. Играть мы будем по моим правилам, — облизнула губы и медленно произнесла. — Златея, подойти к окну и поднимись на парапет.
Тело Иглы свело судорогой, ноги сами понесли её к окну. Лицо Дара вытянулось от ужаса, и это развеселило Забаву ещё больше.
— Эти лозы взращены на моей крови, — громко зашептала она. — Я видела и слышала всё, что видели и слышали вы в своих жалких и до одури скучных грёзах. Дар. На колени!
Ноги подогнулись, и Дар со стоном упал. Забава наклонилась к нему, облизнулась и нежно погладила по щеке.
— Ну? Как тебе, братец? Быть в моей шкуре? — поглаживание превратились в похлопывания, а потом, она, размахнувшись, со всей силы дала ему пощёчину. Голова Дара мотнулась в сторону, но он не издал ни звука, волосы упали на лицо. Забава схватила его за подбородок и с силой дёрнула, заставив взглянуть себе в глаза. — А теперь, Дар, не двигайся и смотри.
Она оттолкнула Дара и неторопливо направилась к Игле, которая уже балансировала на парапете. Сердце заходилось от ужаса, земля лежала так далеко — упадёшь, разобьёшься насмерть. Бугры лоз оплели парапет, сделав его ещё более неустойчивым.
— Что же мне с тобой сделать? — задумчиво протянула Забава. — Заставить спрыгнуть? — Она резко обернулась к Дару. — Нет, так скучно. Ты ведь не увидишь её смерти. Может быть, оставим это на конец. А может... — Она коснулась лезвием топора лица Иглы. — Искалечить и обезглавить точно так же, как ты поступил с моим братом?
— Я думала, ты хочешь поиграть, — дрожащим голосом сказала Игла, смаргивая слёзы. Невозможность владеть своим телом сводила с ума, возвращала мыслями в тёмный терем на берегу моря, тогда она тоже не владела собой. Эта связь удваивала ужас, но сдаваться так просто Игла не собиралась. — Разве это игра?
Забава беспечно пожала плечами.
— Ломать игрушки тоже весело. Или?.. — Она развернулась, вскинув руку, и лозы зашевелилась, отрывая от земли Ветра. Игла порадовалась, что он всё ещё без сознания и не видит происходящего кошмара. — Начать с мальчишки, чтобы причинить боль вам обоим? Пожалуй, так и поступим.
Она в припрыжку направилась к Ветру, а Игла судорожно пыталась придумать, что делать, найти выход, хоть какой-нибудь! И тут она перехватила взгляд Дара, взгляд, который пытался сказать ей о чём-то, что знала только она. Что-то зашевелилось в памяти, Игла вздрогнула.
— Ты кое-что упускаешь! — выпалила она, привлекая внимание Забавы. Та оглянулась, встав к Дару спиной.
— Разве? — Она прищурилась. — Хочешь отвлечь моё внимание? Потянуть время? Пока вы тут, в моей власти, мы можем болтать хоть целую веч...
Она не договорила. Почуяла движение, но защититься не успела, увернулась, но серп Морены впился ей в бок. Забава закричала, падая на землю, и выронила топор, хватаясь за рану, а Дар уже поднимал серп, чтобы нанести ещё один удар, но лозы бросились на него, оплетая ноги, не давая приблизиться к хозяйке.
— Как? — вырвалось у Забавы, она отползала, пытаясь встать, но падала, спотыкаясь о собственные вездесущие лозы.
— Когда ты отобрала моё сердце, ты лишила меня и силы Тёмного. Нет у меня больше власти над именами смертных, но моим именем никому не овладеть!
Дар разрубил серпом лозы и бросился в атаку, но Забава, наконец совладав с испугом, увернулась и поднялась на ноги. Она хотела было что-то крикнуть, но быстрые атаки Дара не давали ей возможности даже вдохнуть. Серп метался у её лица и шее, метил в грудь, вынуждая Забаву пятиться и уклоняться, судорожно бегая глазами по галерее в поисках спасения. Рана на боку кровоточила и не заживала, зачарованный серп Морены не позволял магии излечить тело.