— Похоже, каждый из нас где-то да сидел, — хохотнул Светозар и положил руки на пояс. — Так вот, нам по гвардии ходит байка, что Белогор был вовсе не герой, по крайне мере перестал им быть после войны. Говорят, Белогор ушёл в Тёмный Лес, уединился в пещере и практиковал в ней чёрную магию, чтобы вытащить из Нави душу своего погибшего на войне сына. Говорят, попутно он в этой пещере убил тридцать своих учеников. Как думаете, какова вероятность, что это именно та пещера?
Все переглянулись.
— Учитывая, что где-то тут, по преданиям вход в Навь... — протянула Игла.
— И что у нашего Дара за малахольная семейка... — кивнула Ласка.
— Какая разница, что это за место, главное, что нож ведёт нас туда, — Дар пожал плечами, махнув в сторону пещеры. — Идём.
Он достал из сундука фонарь и, прикурив у Иглы огня, шагнул внутрь первым, готовый встретиться с опасностью. Игла сглотнула: хорошо быть смелым, когда ты бессмертный. Или призрак — она проследила за тем, как скрывается в пещере Светозар. Игла с Лаской переглянулись, взялись за руки и отправились следом.
Сырая темнота встретила их звуками капающей где-то вдалеке воды. Влажные стены блестели в свете огня. Ласка крепко сжимала нож, который отдала ей Игла, и который с силой тянул её вперёд, и всматривалась в тени. Игла тоже была настороже, готовая в любой момент метнуть пламя во врага. Дар со Светозаром шли впереди, их лиц Игла не видела, но походка Дара была напружиненной, лампа у его руке раскачивалась — он тоже был готов к бою. Как и Светозар, пусть в реальном бою сейчас он бы вряд ли сумел им чем-то помочь, но глаза его им были не лишними: он зверем высматривал любое движение в темноте.
Проход спускался ниже, уходил в землю и, должно быть, в небольшую гору, которую они не разглядели за древними соснами. Коридор не петлял, шёл ровно, выдавая чей-то усердный труд. А потом он внезапно стал шире, Дар поднял лампу, высвечивая большие двустворчатые двери. Поставив лампу на землю, Дар обвёл всех взглядом, кивнул Игле и плечом навалился на дверь.
Она поддалась удивительно легко, настолько, что Дар провалилися внутрь и едва не упал. Игла подбежала к нему, поднимая руку с огнём, чтобы хоть немного осветить мрак...
Но тут мрак исчез сам. Один за другими принялись загораться лампы и свечи, просторный холл залил мягкий тёплый свет. На полу лежал чистенький ковёр, на котором Дар успел оставить грязные следы. На каменных стенах висели в рамах картины: большие пейзажи, заменявшие подземелью окна. В разные сторону уводили дубовые двери.
Ласка вскрикнула и прижалась к ней, указывая куда-то в сторону, туда, где из темноты приоткрытой двери глядели на незваных гостей два огромных жёлтых глаза.
— Здравствуйте? — осторожно сказала Игла, на всякий случай прицеливаясь в нужном направлении.
Из-за двери, высоко подняв облезлый хвост, вышел тощий белый кот. Он поочерёдно моргнул жёлтыми глазами и встал на задние лапы.
— Дорогие гости! — радостно воскликнул он, хлопая передними лапами. — Добро пожаловать в скромную обитель самого великого чародея всех времён и народов! Чего желаете? Чаю? Компоту? Ватрушек? Мой хозяин, великий чародей Белогор, ещё не вернулся домой, поэтому к вашим услугам я, — Кот грациозно поклонился, —трудолюбивый домовой по имени Мяун.
— Проходите, проходите! Чувствуйте себя как дома! — Мяун вёл гостей по длинному коридору, увешанному картинами.
Игла озиралась по сторонам: вокруг ни пылинки, ни паутинки — домовой следил за своими владениями. Вслед за Мяуном они вошли в просторную кухню с вмурованной в камень печью, длинным столом с белой скатертью и чистыми, пусть и старенькими на вид лавками. Над печью сушились травы и грибы, на полках дожидались своего часа банки и бочонки с заготовками — во всём чувствовалась заботливая хозяйская рука. Или, сказать точнее, лапа.
— Знал бы, что прибудут гости, напёк бы пирогов! — Мяун встал на задние ламы и указал на стол. — А так...
Нож выпал из рук Ласки и вонзился в пол, чуть не отрезав Мяуну усы. Тот подпрыгнул, распушив облезлый хвост и зашипел.
— Простите-простите! Это не я, он сам! — Ласка подобрала нож, но его тут же забрал Дар. Пригляделся к нему, раскрыл ладонь, и нож вновь едва не соскользнул на пол, Дар едва успел схватить его за шнурок. Хмыкнув, Дар привязал нож к поясу.
Мяун ощупал лапами пыльную шерсть на груди, проверяя, не осталось ли ран. Игла прищурилась. Домовой выглядел не так ухоженно, как дом, за которым он присматривал. Сила домовых была прямым продолжением силы их хозяев. Без хозяев она истончалась, постепенно сходя на нет. А Мяун, похоже, свою совсем не берёг.
— Давно Белогора нет дома? — спросила у него Игла.
— Двадцать лет и девятнадцать дней, — ответил Мяун, запрыгивая на печь, чтобы проверить грибы, а Светозар беспечно пожал плечами.
— Так всё же знают, что он давно поме...
Игла и Дар одновременно шикнули на Светозара, а тот удивлённо захлопал глазами.
— Чего?
— Он не знает, — тихо сказала Игла и покосилась на Мяуна, хвост которого мелькнул и скрылся за печкой.
— И?