— Нет! Стой! Это опасно! — Игла попыталась схватить его за рукав, но не успела, Ветер уже мчался навстречу дракону. — Да что б вас!
Она хотела броситься следом, но заставила себя оставаться на месте, если Дару нужен огонь, она должна позаботиться о том, что огонь будет. Чёртова рука! Игла затрясла ей, силой заставляя непослушную от яда магию разгоняться в крови.
Дар тем временем добрался до глазницы и соскользнул вниз, к месту, где нижняя челюсть дракона крепилась к верхней. Как он и думал: кости держали вместе переплетённые между собой грибные нити. Одной рукой зацепившись за выступающий из черепа костяной шип, Дар вспорол золотыми когтями туго сплетённые нити, и нижняя челюсть накренилась под собственным весом. Дар изо всех сил ударил её пяткой, надеясь оторвать. Дракон замотал головой с новой силой, заревел, разбрызгивая пламя во все стороны. Верёвка появилась из ниоткуда и петля на её конце зацепилась за нижние клыки. Ветер, бросивший её, потянул на себя, но его детской тело взмыло в воздух, не способное удержать гиганта. Дар выругался, но тут же сообразил, что делать. Он прыгнул, ухватился за верёвку и, соскользнув по ней вниз, дёрнул. Дракон был большой и тяжёлый, но и близко не такой, каким мог бы быть, будь на нем вместо тонких грибных нитей мышцы. Нити не имели такой силы и прочности. Дракон не ожидавший такого поворота, потерял равновесие и стал падать. Дар использовал верёвку, чтобы направить его ровно на Иглу. Нижняя челюсть не выдержала и оторвалась окончательно. Дар отбросил верёвку и, увернулся от падающих востей, и запрыгнул на морду падающего дракона. Вонзил когти в правую глазницу, и дракон с рёвом дёрнул головой влево, выравниваясь ровно так, как и задумал Дар. Череп врезался зубами в землю, накрывая перепуганную Иглу и ледяные шипы, которыми оброс пень с жутким звуком спороли покрытое грибными нитями нёбо, не позволяя дракону сразу сдвинуться с места.
— Поджигай! — крикнул Дар, с тревогой наблюдая, как по телу дракона снова пошли бело-синие волны, предвещающие выброс пламени. — Поджигай, дикая! Сейчас же!
Игла старалась. Пламя вспыхивало в ладонях, но тут же гасло. И Игла не могла сказать наверняка, что именно мешало больше: яд или перекручивающий разом все внутренности ужас.
— Игла! — гаркнул где-то снаружи Дар.
— Не получается! — закричала Игла, не в силах отвести взгляд от разгорающегося в глотке дракона синего зарева.
Дар зарычал, протолкнул руку в глазницу дракона, торопливо разрывая когтями всё, что попадалось на пути. Мертвосвет сиял ярко, отсчитывая последние мгновения до вспышки пламени. Дар закричал, проклиная себя за ужасное, самое ужасное решение в его жизни, нырнул в выпотрошенную глазницу и бросился к Игле.
Игла охнула, когда его тяжелое тело ударилось о неё, руки сгребли и сжали, будто Дар простодушно надеялся заслонить её от пламени. Дурак. Теперь они оба погибнут.
— Давай! — крикнул Дар. И вместе с ударом его сердца сквозь Иглу прошла волна горячей магии. Синее пламя вырвалось из глотки дракона. Игла зажмурилась, изо всех сил прижимаясь к Дару.
Рыжее, яркое обжигающе горячее пламя окутало их подобно кокону, замерло на мгновение, а потом рванулось во все стороны, взрываясь подобно огромному солнцу, безжалостно озаряя всё на своём пути. Пламя дракона растворилось в этом жаре, так и не коснувшись их. Грибные нити сгорали, рассыпая серебристые искры, мертвосветы лопались и превращались в пепел. Весь дракон: от черепа до хвоста — наполнился живым, горячим пламенем и кости, отделяясь друг от друга, начали с грохотом падать на землю. Где-то вдалеке терялись в рёве пламени восхищённые крики Ветра. Но Игла, кажется, ничего из этого не слышала и не видела. Она забыла о подземном городе, о драконе, о мракогрызах и синем пламени. Будто завороженная, она смотрела в золотые глаза Дара и всем своим телом чувствовала каждый удар его сердца, которое билось в такт с её собственным, соединяя их в одно горячее целое. Игла и прежде оказывалась так близко к Дару, но теперь ей казалось, что этих объятий не существовало, они каким-то образом оказались ещё ближе, проникли друг в друга, слились. Их тела, магия, мысли, чувства. Игла задохнулась от жара, заливающего её грудь, её сердце становилось всё больше и больше, и места в груди ему становилось так болезненно мало! Её маленькое тело не могло вместить все те безумные, переливающиеся будто грани перезаряженного багреца чувства, которые заполняли его до краёв. И она знала, что Дар чувствовал то же самое. Потому что в этот момент она знала о нём всё. Она знала его. И она открывалась ему, его красноречивому взгляду, его рукам, так крепко сжимающим её...